Парижская жизнь – Россиянка живет в Париже и без прикрас рассказывает об этом городе (Французский муж тоже не молчит)

Парижская жизнь (оперетта) — Циклопедия

Фрагменты оперетты «Парижская жизнь» Жака Оффенбаха в Свердловском академическом театре музыкальной комедии, Екатеринбург, 2004. «Парижская жизнь»
Аудиокнига. Оперетта «Парижская жизнь» Jacques Offenbach - La vie parisienne (Opéra national de Lyon, 1991) - subtitles (см. видеоролик: https://ok.ru/video/770114993 или ждать десять лет, пока починят Циклопедию или вообще всё удалят нафиг)
La Vie Parisienne/ Opérette (depuis "Le Capitole" de Toulouse). На французском языке

«Парижская жизнь» (фр.: La Vie parisienne) — оперетта в 4 актах композитора Жака Оффенбаха; авторы либретто Анри Мельяк и Людовик Галеви.

Язык оригинала: французский.

Сами авторы определили жанр своего произведения как опера-буффа[1].

Премьера первой редакции (в 5 актах) — 31 октября 1866, Париж, театр «Пале-Рояль».

Премьера второй редакции (в 4 актах) — 25 сентября 1873, Париж, театр «Варьете»[1][2][3].

Либретто на французском языке: http://www.boosey.com/downloads/VieParisienne_frz.pdf

[править] История создания

В 1866 году Франция во главе с Наполеоном Третьим готовилась к Всемирной выставке. Ожидался большой съезд гостей, которых Парижу предстояло встречать, потчевать и угощать разнообразными программами. И Париж готовил увеселительные мероприятия.

Французский композитор Жак Оффенбах к этому времени — признанный мэтр музыкальной комедии, автор шедевров «Орфей в аду», «Прекрасная Елена», «Синяя Борода»[4]. На него и возлагается создание новой музыкальной комедии к предстоящему мероприятию. Его новое произведение должно быть не только полным веселья и озорства, но еще и обязательно — про Париж.

В создании этого нового музыкального представления самое активное участие принимает месье Плюнкет (Plunkett), директор драматического театра Пале-Рояль. Он настаивает, что премьера спектакля, приуроченного к Всемирной выставке, должна пройти в его театре, и играть будут только актеры его труппы[4]. Оффенбах вынужден соглашаться на все условия, у него лишь одно требование: роль перчаточницы, переодевающейся в госпожу-соблазнительницу, требующую вокальных данных, должна исполнять певица Зюльма Буффар (Zulma Bouffar), бывшая с композитором в любовных отношениях. Это условие соблюдено, однако актрисы и актеры труппы не в восторге от репетиций: они — драматическая труппа, а не певцы; и мало того, что заставляют петь, так еще им предстоит сыграть что-то несусветное, сумбурное, легкомысленное, и вообще весь сюжет представляет из себя какой-то сумасшедший дом… Артисты ожидали полного провала, а потому репетиции проходили в мрачной обстановке. Уверен в успехе был лишь один Жак Оффенбах[4]. Правда, реклама директора театра делала свое дело, притом весьма успешно

[3], но это было единственное, что вселяло в труппу хоть какую-то надежду.

[править] Действующие лица

  • Бобине, парижский щеголь — Bobinet, un dandy parisien (баритон)
  • Виконт Рауль де Гардефе, парижский щеголь — Raoul de Gardefeu, un dandy parisien (тенор)
  • Метелла, дама полусвета — Métella, une demi-mondaine (меццо-сопрано)
  • Гонтран, друг Метеллы — Gontran, ami de Métella (тенор или баритон)
  • Железнодорожный служащий — Un employé des chemins de fer (разговорная роль)
  • Жозеф, комиссионер — Joseph, un guide (разговорная роль)
  • Барон фон Гондремарк, шведский путешественник — Le baron de Gondremarck, un voyageur suédois (баритон)
  • Баронесса фон Гондремарк, его жена — La baronne de Gondremarck, son épouse (сопрано)
  • Бразилец, богач — Le brésilien, un riche nabab (тенор)
  • Альфонс, слуга Гардефе — Alphonse, valet de Gardefeu (разговорная роль)
  • Фриц, сапожник — Frick, un bottier (тенор)
  • Габриель, перчаточница — Gabrielle, une gantière (сопрано)
  • Полина, горничная — Pauline, une femme de chambre (сопрано)
  • Проспер, слуга — Prosper, un domestique (тенор)
  • Урбан, слуга — Urbain, un domestique (баритон)
  • Клара, племянница консьержа — Clara, nièce du concierge (сопрано)
  • Леони, племянница консьержа — Léonie, nièce du concierge (сопрано)
  • Луиза, племянница консьержа — Louise, nièce du concierge (сопрано)
  • Альфред, мажордом — Alfred, un majordome (баритон)
  • Маркиза Кимпер-Карадек, тетушка Бобине — Madame de Quimper-Karadec (меццо-сопрано)
  • Юлия де Фоль-Вердюр — Mme de Folle-Verdure (меццо-сопрано)

Два молодых приятеля — Бобине и виконт Рауль де Гардефе — парижские щеголи и прожигатели жизни — очень нуждаются в деньгах, для чего идут на всевозможные ухищрения. Благо Париж дает для этого столько возможностей. Париж середины XIX века — столица мира, всё самое лучшее, всё самое новое, всё самое модное — это Париж. Именно туда со всех сторон устремляются богатые иностранцы за отдыхом, развлечениями, да и просто посмотреть мир, потому что весь мир середины 19 века — это Париж.

Приятели решают поправить свое материальное положение за счет иностранных богатых туристов. Они встречают семью шведского барона и поселяют ее в большом доме виконта Рауля де Гардефе — это все, что осталось у молодого человека от прошлого семейного богатства, — выдавая этот дом за всемирно известный парижский Гранд-отель. Семья баронов не догадывается об обмане, и все, казалось бы, складывается удачно. И виконт не прочь приударить за обаятельной баронессой, для чего необходимо удались барона, придумав тому изысканную «культурную программу», к тому же тот сам требует общения на своем уровне — с местными знаменитостями: послами, дипломатами, министрами, генералами, адмиралами… И адмиральшами, с которыми можно закрутить небольшую интрижку… Для осуществления этой программы Бобине предлагает устроить званый вечер в доме его тетки, маркизы Кимпер-Карадек, которая только что уехала на несколько дней из Парижа. Но где взять этих министров, генералов-адмиралов и остальную шушеру? Вот тут и начинается каскад неприятностей… А еще к дому прибегают ремесленники и ремесленницы всех специальностей — сапожник, перчаточница и т. д. — с требованием возместить долги. Но молодые люди быстро сориентировались и распределили роли знаменитостей бомонда среди знакомых гризеток, домашней прислуги и жаждущих возвращения долгов ремесленников, и все они, переодетые в лица высшего света, — надо сказать — не подводят и прекрасно справляются со своими ролями.

И все бы хорошо — но нежданно возвращается сама маркиза Кимпер-Карадек, тетушка Бобине. Причем возвращается не одна, а со своей племянницей Юлией де Фоль-Вердюр, которая является… давней подругой баронессы. Обман молодых людей раскрывается. Но дамы высшего общества оказываются тоже не так просты и устраивают собственный обман, объектом которого становятся приключения барона. А заодно достается и распутному виконту. Старая маркиза и красавица-баронесса меняются одеждой, и в темноте их легко спутать, на что и попадаются мужчины.

Все обманы становятся явью. Барон взбешен, но… — на что же ему обижаться: он мечтал об увеселительной поездке и изысканном времяпровождении, и именно это он получил. Всё кончается общим примирением и весельем[1].

Премьера состоялась 31 октября 1866 года в Париже, théâtre du Palais-Royal (театр Палэ-Рояль). В этой редакции оперетта насчитывала пять актов. Дирижировал оркестром сам Жак Оффенбах.

Костюмы к постановке выполнил художник Дране (Draner (de son vrai nom Jules Jean Georges Renard)).

Среди исполнителей: перчаточница Габриэль — Зюльма Буффар (Zulma Bouffar; эту веселую роль с переодеванием в адмиральшу композитор изначально планировал для нее), барон фон Гондремарк — Луи Гиацинт (Louis Hyacinthe Duflost, dit Hyacinthe), баронесса фон Гондремарк — Селин Монталан (Céline Montaland), Бобине — Жиль-Перес (Gil-Pérès), маркиза — Фелисия Тьерре (Félicia Thierret), сапожник Фриц — Жюль Брассёр, слуга Урбан — Лассуш (Lassouche) и др.

Афиша премьеры. 1866 г.

Артисты, хоть и не были в восторге от того, что им предстояло разыграть, но слухи о новом представлении уже облетели весь Париж, собравшийся на премьеру. Среди первых зрителей оказалась даже принцесса Меттерних (Princesse de Metternich)[4].

Спектакль, к ужасу артистов, пришлось начать. Каково же было их изумление, когда опасения о полном провале не подтвердились. Премьера постановки «Парижская жизнь» оказалась полным успехом.

По этому поводу один из критиков писал: «Что меня поразило больше всего во всей этой истории — так это что Оффенбах заставил петь даже актеров, лишенных музыкального образования… А актрисы столь прелестны, что трудно определить, в чем их совершенство — в таланте или красоте» («Ce qui m’a le plus frappé dans cet important épisode de l’histoire de la pure tradition comique, c’est qu’Offenbach a réussi ce miracle de faire chanter des comédiens la plupart dénués de toute éducation musicale et qui doivent même une partie de leurs succès aux notes discordantes de leur voix !….Quant aux actrices, elles sont jolies, parfois très jolies et je ne sais pas si c’est leur talent ou leurs charmes que nous applaudissons»)

[4].

В этой же редакции оперетта была поставлена 30 марта 1872 г. в Лондоне, Holborn Theatre (adaptation by F.C. Burnand)[2].

[править] Вторая редакция

Премьера второй редакции состоялась 25 сентября 1873 в парижском театре «Варьете». Дирижировал сам Жак Оффенбах. В этой редакции пять действий были заменены на четыре.

Появились и варианты оркестровок.

Роль перчаточницы Габриэль опять исполняла Зюльма Буффар; барон — Жозе Дюпюи (José Dupuis), Бобине — Пьер-Эжен Гренье (Pierre-Eugène Grenier), Рауль де Гардефе — Анри Вандержёх (Henri-Frédéric-Gustave Vanderjeught (ou Vanderjeuch), dit Cooper)

[править] Дальнейшие постановки

Постановка в театре Variétés в 1911 г.

Следующая постановка прошла в США, в Нью-Йорке, Booth’s Theatre, New York — 12 июня 1876 г.

[2].

Театр «Варьете» вернулся к оперетте «Парижская жизнь» через 19 лет, в 1892 году. А потом, почти подряд, прошли еще три постановки: в 1896 г., в 1904 г. и 1911 г.

С тех пор оперетта выдержала множество представлений на разных сценах в разных странах. Среди театров, включавших ее в свой репертуар, и парижский «Могадор» (Le Théâtre Mogador), и французская Комическая опера (l’Opéra Comique), и прославленная «Комеди Франсез» (Comédie-Française), и Английская национальная опера (English National Opera), и американский театр «Opera Boston», и Большой оперный театр Бордо «Le Grand Théâtre de Bordeaux» (балетмейстер Владимир Скуратофф[5]), и московский Театр Музыкальной комедии, и Новосибирский театр музыкальной комедии, и многие-многие другие[6][3][7][8][9].

Текст переведен на многие языки мира.

На русском языке оперетта ставилась в переводе и литературной редакции Михаила Борисова и Владислава Старчевского, стихи В.Старчевского (в двух актах, как в Московском театре музыкальной комедии[10][11]

, или в трех, как в Новосибирском театре музыкальной комедии[9]).

В разных постановках используются и разные редакции оркестровок[4].

Существуют записи DVD и видеозаписи разных спектаклей.

Оперетта «Парижская жизнь» послужила основой для балета «Парижское веселье»[12], созданного в 1938 году хореографом Леонидом Мясиным.

  1. 1,01,11,2 «Парижская жизнь» (La Vie Parisienne, 1866)
  2. 2,02,12,2 La Vie Parisienne
  3. 3,03,13,2 La Vie parisienne
  4. 4,04,14,24,34,44,5 La Vie Parisienne
  5. ↑ Sa tâche comme chorégraphe
  6. ↑ La Vie Parisienne de Jacques Offenbach, mis en scène par Alain Sachs
  7. ↑ Offenbach: La Vie parisienne
  8. ↑ Оперетта «Парижская жизнь»
  9. 9,09,1 Оперетта «Парижская жизнь»
  10. ↑ ПАРИЖСКАЯ ЖИЗНЬ
  11. ↑ Парижская жизнь. Театр оперетты. Пресса о спектакле
  12. ↑ Gaîté Parisienne, ballet (music by Offenbach arranged by Manuel Rosenthal)

Парижская жизнь в Москве - афиша, отзывы, фотографии, официальный сайт, адрес

Клуб-ресторан «Парижская жизнь» расположен в удивительно живописном месте в центре Москвы и уже более двенадцати лет привлекает новых посетителей и постоянных гостей.

Индивидуальный облик и безупречный стиль заведения сформировался благодаря гармоничному сочетанию множества тщательно продуманных деталей. Название клуба невольно наводит на ассоциации с богемной, ночной жизнью Парижа. Однако такой образ интерьера воплощен в реальность лишь в зале дискотеки. Находясь в нем, оказываешься под сводами символа Парижа — Эйфелевой Башней.

Опытные бармены мастерски приготовят вам самые экзотические коктейли необычайной красоты и на любой вкус. Ежедневно работают профессиональные ди-джеи, а дважды в неделю (в пятницу и субботу) можно попасть на концерт К. Никольского, А. Глызина, М. Леонидова, В. Зинчука, В. Кузьмина и многих других известнейших исполнителей и популярных групп.

Дискотека в стиле евродиско не позволит скучать и будет держать ваше настроение на высоком положительном уровне. Атмосфера единения и общего «громадного действа» не отпустит вас до самого утра.

Зал ресторана — совершенно иной мир. В интерьерной картине фрагменты антикварной мебели и предметов старины. Зайдите в ресторан, и вас окутает дух старой коммунальной московской квартиры 60-х годов. Кому-то это навеет ностальгические эпизоды былой жизни, а кому-то позволит почувствовать величественный дух музея старины и очень теплую дружественную атмосферу, располагающую к приятному романтическому ужину при свечах или аппетитный обед с друзьями. Здесь можно отведать блюда европейской и традиционной русской и грузинской кухни. Многие гости приезжают к нам именно из-за нее. Даже самый требовательный гурман и искушенный любитель вкусно поесть, обязательно отыщет в разнообразном меню настоящие гастрономические изыски. Шашлыки из телятины, свинины, семги, индейки, приготовленные на мангале, мясное фондю, обилие холодных закусок, фирменные десерты, это только краткие эпизоды «богатого» меню.

Специально разработанный интерьер ресторана, в сочетании с просмотром любимых фильмов и 30-ти %-ной скидкой на закуски, горячие блюда и десерты, действующей до 18.00, сделает Ваш отдых поистине расслабляющим и полезным.

Это и есть идиллия летнего сада «Эрмитаж» в котором расположился клуб — ресторан «Парижская жизнь», где ваша жизнь и станет поистине «парижской»......

Парижская жизнь Жака Оффенбаха // Jewish.Ru — Глобальный еврейский онлайн центр

Он сочинял музыку упорно и непрестанно, … даже тогда, когда не сочинял ее.

Якоб Эбершт, известный всему миру под именем Жак Оффенбах, родился 20 июня 1819 года в немецком городе Кёльне, в семье бедного служителя синагоги. Его отец Исаак Еhуда Эберст — выходец из маленького города Оффенбах-на-Майне — был чрезвычайно беден, но весьма плодовит: он оставил семь дочерей и трое сыновей. Отец семейства не чурался никакой работы: был кантором в синагоге, давал уроки музыки, сочинял стихи и песни и даже выпускал учебники Закона Б-жьего для детей.

В доме Эберстов музыка была в почете, и не удивительно, что один из младших детей, Якоб, рано начал проявлять талант в этой области. Оффенбах очень рано начал сочинять. В своих воспоминаниях он признавался, что даже в раннем детстве сочинять музыку ему было интереснее, чем играть на скрипке. Однажды стало ясно, что четырнадцатилетнему Якобу в Кельне нечему больше учиться. Отец отвез его в Париж, вряд ли предвидя, что именно этот город станет доминантой в жизни и творчестве его сына.

Юному музыканту повезло. Хотя иностранцев в Парижскую консерваторию не допускали, маститый директор Луиджи Керубини сделал для Якоба исключение (Листа он, между прочим, не принял). Так вторично родился уже не Якоб, а Жак Оффенбах. В Париже Оффенбах занимался композицией у Ф. Галеви.

Надо сказать, что в юности Оффенбах был не просто некрасив, а комичен. Его внешний облик был не только хорошим поводом для карикатуры: будущий автор "Прекрасной Елены" был карикатурнее всех карикатур на него. Тем не менее, он умудрился жениться на девушке из богатой семьи, по имени Эрминии д'Алькен, горячо полюбившей его, ставшей для него терпеливой подругой.

Оффенбах в 1840-е годы часто бывает в Кельне, в 1844 году концертирует в Лондоне. Даже обзаведясь семьей, двадцатипятилетний Жак Оффенбах метался с места на место, из одного оркестра в другой, из театра в театр, а большей частью давал концерты-соло на виолончели. Он умел извлекать из своего инструмента звуки духовых, задолго до Римского-Корсакова имитировал полет шмеля.

Он сочинял музыку упорно и непрестанно; даже тогда, когда не сочинял ее. Оффенбах состоял не только из мотивов, он больше, чем кто-либо, состоял из нервов. Это была в высшей степени нервная личность. Покой ему был противопоказан. С 1850 по 1855 год Оффенбах был штатным композитором и дирижером прославленной "Комеди Франсез". Однако композитор не удовлетворился этой ролью. Он твердо решил открыть свой театр, нашел компаньонов, нескольких актеров.

Театр "Буфф Паризьен" открылся 5 июля 1855 года. Маленький театрик, казалось, был обречен на недолгое существование. Оффенбах не имел солидной финансовой поддержки. И, тем не менее, театру "Буфф Паризьен" суждено было остаться в истории, стать не менее известным, чем "Гранд-Опера", "Комеди Франсез", "Опера Комик" и другие прославленные театры Парижа. Отчасти причиной было то, что открытие состоялось в дни Первой Всемирной выставки, привлекшей туристов из многих стран. Выставка помещалась на Елисейских полях, то есть по соседству с "Буфф". Помогало и то, что новому театру покровительствовала популярная газета "Фигаро", ее владелец Вильмессан был одним из совладельцев "Буфф Паризьен". Но главным фактором успеха, разумеется, оказался сам композитор. Его энергия, талант, вера в начинание были неиссякаемыми. И ему везло: он сразу нашел неоценимого помощника и драматурга, юного 21-летнего Людовика Галеви.

Всемирная выставка подходила к концу. Крохотное помещение близ Елисейских полей уже не вмещало желающих посетить "Буфф Паризьен". Предполагался снос улочки. Оффенбах нашел новое помещение на Монмартре. В течение почти трех лет Оффенбах довольствовался репертуаром из одноактных пантомим, пародий и музыкальных пьесок. В 1858 году неизменный успех театра, отмена запрещения выводить только двух-трех актеров и, главное, возросшая уверенность композитора в своих силах привели к появлению первой оперетты "Орфея в аду". Таким образом, "Буфф Паризьен" стал первым в мире театром оперетты.

Наверняка можно утверждать, что гениальная музыка ошеломила зрителей первого представления "Орфея в аду". Казалось бы, несложный ритм был настолько быстрым, что не давал ни танцорам, ни певцам, ни музыкантам и секунды для вздоха. Ничего подобного по ритмам не знали композиторы XVIII или первой половины XIX века. Галоп "Орфея" соответствовал достижениям цивилизации, демонстрировавшимся в эти же годы на всемирных выставках, — локомотивами, пневматическими машинами, скорострельным оружием.

Показанный впервые 21 октября спектакль имел относительный успех. В газете "Фигаро" Жюль Норрик даже написал рецензию, похожую на оду, — все хорошо: и либретто, и музыка, и актеры. Но эту газету издавал Вильмессан, один из пайщиков театра "Буфф Паризьен". Остальные газеты отмолчались. Сборы, вначале хорошие, стали падать. Композитор даже переработал партитуру, добавил новые номера, и все же большого успеха, на который рассчитывал театр, не было. Публика не могла понять, что все это значит, что за спектакль ей показали. Автор не в состоянии был понять, почему не оправдались надежды его и театра.

Так было до тех пор, пока в газете "Журналь де Деба" не появляется разгромная рецензия известного критика Жюля Жанена. Она оказалась самой блистательной рекламой. Если 21 октября 1858 года стало датой рождения нового театрального жанра, то день появления статьи Жанена можно назвать днем брит-милы. Однако в течение шести лет Оффенбах не создавал ничего подобного "Орфею в аду". Хотя уже через год после "Орфея" он написал и поставил большую оперетту "Женевьева Брабантская". Спектакль успеха не имел.

"Прекрасную Елену" публика тоже оценила не сразу. С каждым спектаклем зрительский интерес к спектаклю рос, пока парижане окончательно не прозрели — перед ними было непревзойденное произведение — по музыке, в которой каждая мелодия являлась шедевром, по драматургии, по игре актеров. А затем всего за пять лет, начиная с "Прекрасной Елены", Оффенбах создал сразу пять оперетт, пять жемчужин нового искусства. Это была кульминация, вершина творчества композитора и его соавторов. Либретто были превосходны, фабулы — разнообразны и остроумны, образы — верх совершенства, музыка — непревзойденной.

В 1866 году появилась "Парижская жизнь". Трудно переоценить значение этой на первый взгляд сумбурной оперетты. Прежде всего, это оперетта на современную автору тему, первая в мире оперетта подобного типа. Все, что было создано в дальнейшем, вплоть до мюзикла Хэмлиша ("Кордебалет"), было продолжением "Парижской жизни".

"Парижская жизнь" — доподлинно парижская оперетта. Фабулу ее можно было бы назвать водевильной, если бы не изумительная музыка Жака Оффенбаха.

Проходит еще год, и появляется ошеломившая всех "Великая герцогиня Геролыцтейнская" — самая сатирическая оперетта Оффенбаха. В еще большей степени, чем "Прекрасная Елена", "Герцогиня Герольштейнская" — оперетта образцовая по драматургии. И в основе ее — поразительный женский образ, пожалуй, единственный женский образ, трактованный сатирически. Лучшие музыкальные номера отданы героине.

Еще один год отделяет этот шедевр Оффенбаха от следующего. Это был год неправдоподобного торжества "Буфф Паризьен". Слава Оффенбаха достигла апогея. Тем более замечательно, что в новой оперетте, называвшейся "Перикола", Оффенбах и его соавторы не повторили того, что делали. Написали новаторское произведение. Как и где этот колючий, все подвергающий осмеянию выходец из семьи кельнского кантора обрел небывалый лирический дар — понять трудно.

Увы, то был грандиозный, но последний крупный успех композитора. Жак Оффенбах еще писал прекрасную музыку, но даже в таких опереттах, как "Золотая булочница", "Мадам Фавар" и "Дочь тамбурмажора", до прежних высот он не поднимается. В 1874 году он возобновляет, надеясь на повторение триумфа, "Орфея в аду", но это не то произведение, которым он поразил мир. Сатирическая оперетта превратилась в необычайно затянутую феерию. Главенствующим стал балет — банальные танцы и ансамбли, как бы предварявшие ревю XX века. Новый этот жанр понравился. За ним последовали другие феерии Оффенбаха — "Путешествие на луну", "Доктор Оке".

Позже h'Aлеви записал в своем дневнике: "Оффенбах, Мельяк и я выдохлись, это факт; мы слишком много сделали вместе. Мы выложили все, что могли изобрести по части хоров, входов, уходов, шествий, прощаний, стихов для новобрачной и рондо для пажей. Нам было уже не двадцать, даже не сорок. Дикие фантастические идеи оставили нас вместе с молодостью, а именно наш жанр требовал, как никакой другой, смелости и воображения".

Оффенбах подражает собственным шедеврам. Успех "Песенки Фортунио" заставляет его написать неудачную оперетту по другой пьесе Мюссе, "Фантазио". Повторяя "Разбойников", пишет и ставит "Браконьеров" — снова провал.

Во всех этих произведениях он не может перестать быть Оффенбахом. Музыка часто напоминает его шедевры, успех изредка все же приходит: "Мадам Аршидюк", "Креолка", "Путешествие на луну". Но это именно тот успех, о котором пишет Галеви: в высшей степени средний успех. Музыкант меняет театры, затевает неудачные антрепризы, оказывается на грани банкротства. Но он упорствует. Когда его предупреждают о неминуемой неудаче, он отвечает: "Орфею" тоже предрекали неудачу". Его слава по-прежнему велика, он нередко посещает Лондон, где его старые оперетты идут с успехом, часто бывает в Вене, где его боготворят. Наконец, в 1876 году он отправляется в Америку.

Композитора встречают с почетом, на первый концерт все билеты проданы. Но это только концерт, симфонический концерт, не спектакль. Разочарованная публика начала уходить после первого номера. Ряд газет поместил уничтожающие рецензии.

Оффенбах возвращается во Францию, потеряв отчасти привычный для него оптимизм. Может быть, именно поэтому он начинает работу над "Сказками Гофмана": сказки его светлы и радостны, но в них зачастую сквозит отчаяние.

Он успел написать только клавир и несколько сцен в партитуре, на большее у него уже не было сил. В ночь на 5 октября 1880 года Жака Оффенбаха не стало, и это произведение после его смерти завершил и оркестровал Эйро. Премьера "Сказок Гофмана" состоялась через год после смерти автора. Но опере вначале не везло. Вскоре после премьеры в Париже она была поставлена в венском Рингтеатре. Там случился сильный пожар, и несколько человек погибли. Актерские предрассудки породили легенду о том, что "Сказки Гофмана" прокляты, и в итоге в течение четверти века никто так и не отваживался их играть. Только в 1905 году опера вновь попала на сцену и победно пробивала себе дорогу. Благодаря ей, Жак Оффенбах во второй раз стал бессмертным.

4 года назад я переехала в Париж, и жизнь тут вовсе не сахар

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

В 2014 году я приняла важное решение кардинально все поменять. Я оставила привычную жизнь в Киеве и, собрав чемоданы, переехала жить в Париж. Это звучит как начало красивого романа, но в реальности все было не похоже на сказку о французских уютных ресторанчиках, свежих горячих круассанах из слоеного теста и виде на Эйфелеву башню из моего окна.

Специально для AdMe.ru расскажу, как устроена жизнь во Франции, если вы не турист.

Это, собственно, я, Катя. Так я выглядела в далеком 2014 году в день переезда.

Многие интересуются, почему же я решила вот так все бросить и уехать. Я люблю отвечать: «Потому что любовь к сыру и вину победила мою любовь к Родине!» Шутка, конечно. А если серьезно, то большую часть своей жизни я изучала французский язык: с 1-го класса в школе, потом в университете на факультете лингвистики. Я всегда мечтала пожить во Франции, чтобы познакомиться с культурой и познать французский стиль жизни не по книгам, а увидеть его таким, как он есть на самом деле.

Заканчивая 4-й курс университета, я решила осуществить свою мечту. Хорошей работы и собственного жилья у меня не было, поэтому я ничего не теряла. Я понимала, что если там не срастется, то всегда можно будет вернуться в Киев, на то же место, откуда начинала.

Я в самолете Киев — Париж на пути к своей новой жизни.

Я приехала жить во французскую семью

В Европе и США есть международная программа Au Pair, которая позволяет пожить минимум год в другой стране. Вы переезжаете жить в семью, где вам предоставляют питание, проживание и зарплату в обмен на то, что вы присматриваете за детьми и помогаете по дому.

Мне, к сожалению, с семьей не повезло. Моя комната находилась в подвальном помещении дома, возле каморки со швабрами и старым хламом. Здесь постоянно пахло сыростью и не покидало чувство, что ты тут находишься явно не на правах члена семьи.

Я не сложный «клиент» и вполне бы могла стерпеть подобные условия, но не смогла смириться с характером детей. По моим наблюдениям, он был результатом плохого воспитания и общей обстановки в семье. Родители постоянно ругались, экономили каждый цент, держали детей на диете (постная еда без мяса). Объяснялось это тем, что дети часто едят мясо в школе на обед, а есть много мяса, как известно, вредно и дорого.

Зарезервированные пирожные для папы в общем холодильнике.

На папу же никакие табу в пище не распространялись. Некоторые шоколадные десерты и с

Жак Оффенбах. Оперетта «Парижская жизнь»

В 1866 г. в Париже произошло грандиозное событие – состоялась Всемирная выставка. Ее проведение потребовало немалых усилий – ведь многочисленным гостям, которых принимала французская столица, требовались не только комфортные условия, но и развлечения. Что нужно для хорошего увеселительного мероприятия? Конечно же, комедийный спектакль с красивой, легкой и яркой музыкой! Такую музыку мог создать Жак Оффенбах, к тому времени уже прославившийся как создатель многочисленных оперетт: «Орфей в аду», «Синяя Борода», «Прекрасная Елена» – эти произведения пользовались большим успехом. Поручить такому композитору создание музыкальной комедии к выставке – поистине беспроигрышный вариант!

Разумеется, требовался сюжет, соответствующий событию. На сцене должна была предстать жизнь Парижа времен Наполеона III – большого, оживленного города с пестрой толпой, где можно встретить иностранных туристов, приезжих-провинциалов, чиновников, модисток, лакеев, ремесленников – словом, кого угодно. И, конечно, это должно быть весело и остроумно… Но перед композитором была поставлена еще одна задача – и очень сложная: директор Пале-Рояль настоял, чтобы спектакль ставился именно в его театре. Это был театр не музыкальный, а драматический, где от большинства актеров не требуется ни вокальных данных, ни музыкальной подготовки – и нужно было написать оперетту, с которой справятся даже такие исполнители, но чтобы музыкальная часть при этом оставалась эффектной. Кому-то такая задача могла бы показаться непосильной – но только не Оффенбаху! На участии певицы Зюльмы Буффар он все-таки настоял (нельзя же, в самом деле, чтобы в музыкальной комедии никто не умел петь!) – но в остальном ему удалось выполнить все условия.

Два молодых парижских щеголя – виконт Рауль де Гардефе и его друг Бобине – отчаянно нуждаются в деньгах, но единственное, что осталось у аристократа от отцовского наследства – это большой дом, и даже его лакей Жозеф нашел себе другую работу – комиссионером в отеле. Подкупив его, Гардефе встречает на вокзале шведских туристов – барона Гондремарка и его очаровательную супругу – и поселяет их в своем доме под видом отеля. Барон желает проводить время в обществе парижан, соответствующих ему по статусу, и друзья организовывают для него званый вечер в доме маркизы – тетушки Бобине, покинувшей столицу на несколько дней, а роли дипломатов, министров и других представителей высшего общества распределяют между прислугой и ремесленниками, осаждающими дом виконта с требованием расплатиться по долгам. Рауль рассчитывает не только получить финансовую выгоду, но и завести роман с красавицей-баронессой: убедившись недавно в вероломстве дивы полусвета Метеллы, он теперь желает любить только аристократок. Барон же намерен насладиться всеми радостями Парижа, включая и дамское общество.

Благодаря неожиданному приезду графини с племянницей – подругой баронессы – а также ревности Метеллы обман раскрывается, и дамы решают устроить собственный «маскарад». В масках они приходят в ресторан, где у барона назначено свидание с Метеллой, и скрываются в отдельном кабинете. Метелла сообщает барону, что уходит к виконту, которого любит. Барон в ярости – он готов вызвать Рауля на дуэль, но тот заявляет, что барон не прав: Рауль сделал все, чтобы барон весело провел время в Париже. Тем временем дамы во главе с баронессой появляются без масок перед пристыженным бароном. Следует всеобщее счастливое примирение.

Артисты театра Пале-Рояль ждали предстоящей премьеры с нескрываемым ужасом – и не только потому, что драматических актеров заставляли выступать в несвойственном им качестве. Само по себе произведение с его легкомысленным сюжетом представлялось им безумным и почти сумбурным – казалось, что такую комедию неизбежно ожидает провал. Единственное, на что можно было надеяться – это на то, что билеты не будут проданы, и спектакль не состоится, но реклама была организована прекрасно, и зал на премьере, состоявшейся в конце октября 1866 г. был полон – даже принцесса Меттерних почтила театр своим присутствием.

Единственным человеком, который не придавал значения мрачным прогнозам и сохранял уверенность в успехе, был сам Оффенбах. И композитор оказался прав – спектакль прошел с большим успехом. Критики состязались в восторженных словах, и особенно поражало их то, что Оффенбах «заставил петь актеров, лишенных музыкального образования».

В 1873 г. композитор создал новую редакцию оперетты – пятиактный спектакль стал теперь четырехактным, были внесены изменения в оркестровку. Вторая редакция впервые увидела свет рампы в том же году в театре «Варьете», дирижировал сам Оффенбах, а партию перчаточницы Габриель – как и на премьере 1866 г. – вновь исполнила Зюльма Буффар. В последующие годы оперетта ставилась в США, Англии, России и других странах, либретто ее переводилось на множество языков. В 1938 г. балетмейстер Леонид Мясин создал на музыку этой оперетты балет «Парижское веселье».

парижская жизнь глазами русского и француза

Дуэлянты — это соперники. Везде, но не на нашем портале. Мы вызываем творческих гениев на дуэль, чтобы… любоваться!

Илья Репин. Парижское кафе. 1875

Большое многофигурное полотно написано Репиным в 1875 году, во время его поездки в Европу. Художник отправился за границу в 1873 году. Жил в Вене, Риме, Неаполе и Помпеях, затем переехал во Францию, где жил в Париже и Нормандии. «Французы — бесподобный народ, почти идеал: гармонический язык, непринужденная, деликатная любезность, быстрота, легкость, моментальная сообразительность, евангельская снисходительность к недостаткам ближнего, безукоризненная честность. Их идеал — красота во всяком роде. У нас считают французов за развратный народ — сколько я ни вглядывался, и помину нет об этом разврате. Напротив, я теперь с ужасом думаю о нашем Питере и о других городах», — писал художник в своих письмах Ивану Крамскому.

Парижская свобода — от импрессионизма в живописи до танцовщиц в кафешантанах — покорила Репина. А в 1874 году, после первой значимой выставки молодых художников, которых стали называть импрессионистами, Репин восхищенно писал Крамскому: «Французская живопись теперь стоит в своем настоящем цвету, она отбросила все подражательные, и академические, и всякие наносные кандалы». Результатом репинского восхищения жизнью и искусством французской столицы стала картина «Парижское кафе». Этой работой художник не на шутку испугал своего наставника Ивана Крамского, решившего, что Илья Ефимович решил сойти с пути критического реализма в живописи: «Я думал, что у Вас сидит совершенно окрепшее убеждение относительно главных положений искусства, его средств и специально народная струна»..

В «Парижском кафе» Репина собралась французская богема. Главная героиня картины — одинокая мадам в центре — известная певица Анна Жюдик. Дама без сопровождения в кафе — главный mauvais ton для того времени, потому-то ее так и разглядывает окружающая публика. Впрочем, смотрит она гордо и не очень-то смущена вниманием к своей персоне. Усатый мужчина в шляпе — известный художник Жан Леон Жером. Мсье в котелке за соседним с ним столиком — поэт, романист и драматург Катюль Мендес. А за крайним столиком справа художник изобразил известного натурщика того времени Эмиля Бело. Нетипичная для автора «Бурлаков на Волге» картина написана художником очень «по-европейски». Мастер постарался передать атмосферу богемного Парижа, его шик и свободу. Кстати, именно после «Парижского кафе» Репина французские живописцы начинают писать групповые портретные композиции, такие как «Бал в Мулен де ла Галетт» (1876) Ренуара и «Бар в «Фоли-Бержер» Эдуара Мане (1882), ставшие сегодня классикой импрессионизма.

Репин-Ренуар

Илья Репин. Парижское кафе. 1875

Репин-Ренуар

Пьер Огюст Ренуар. Бал в Мулен де ла Галетт. 1876

Пьер Огюст Ренуар. Бал в Мулен де ла Галетт. 1876

Ренуар — «единственный великий художник, не написавший за свою жизнь ни одной печальной картины», считал писатель Октав Мирбо. «Бал в Мулен де ла Галетт» — яркий пример «радостного» искусства живописца. За сюжетом для картины художнику не пришлось далеко ходить. Он нашел его рядом с домом, где жил — на Монмартре, на улице Корто. Заметим, что Монмартр того времени — обычная деревня с садами, огородами да двумя ветряными мельницами — постепенно превращался в жилой квартал. Потому-то предприимчивое семейство Дебре и устроило танцевальный зал при одной из своих мельниц. В хорошую погоду посетители выходили во двор, где по кругу стояли лавки и столы, а официанты подавали к вину фирменное блюдо — галеты, отсюда и название — Ле Мулен де ла Галетт.

Заведение было платным, но очень недорогим. Здесь собирались потанцевать приказчики из магазинов, швеи, молодые художники, литераторы, актрисы и просто веселые девушки с Монмартра. Непритязательная атмосфера этого зала вдохновила художника на создание картины, насыщенной светом и движением. Ренуар писал фигуры на пленэре, для чего выносил большой холст в сад, где свет, проникавший сквозь листву акаций, усыпал землю и одежду танцующих голубыми и розовыми бликами. На балу художник изобразил большей частью своих знакомых. За столом сидят три его друга: Фран-Лами, Генетт и Жорж Ривьер. Пара слева — испанский художник Дон Педро Видаль де Соларес-и-Карденас и Маргарита Легран, любимая натурщица Ренуара. Среди танцующих — живописец Анри Жерве, журналист Поль Лот и художник Фредерик Корде. В центре, на переднем плане, сестры — Эстель и Жанна, которых Ренуар нашел на Монмартре. Все персонажи переданы так мастерски, что люди, близко знавшие их, отмечали характерные нюансы в их движениях позах.

Один из героев этой картины, друг и биограф художника Жорж Ривьер, сказал об этой работе: «Никому до Ренуара не приходило в голову изобразить в полотне столь значительного размера кусок повседневной жизни: это отважный поступок, который вознаградит заслуженный успех». Однако, критики называли несуразицей изображение людей, «танцующих на поверхности, похожей на лиловые облака, покрывающие небо во время грозы». Время расставило все по местам. Спустя годы критик Гюстав Жеффруа дал лучшую характеристику полотну Ренуара: «Бал в Мулен де ла Галетт» — одно из удачнейших произведений, основанных на непосредственном наблюдении и использовании света для создания атмосферы; в нем выражены и опьянение танцем, и шум, и солнечный свет, и пыль, поднятая танцующими на открытом воздухе, и возбуждение на лицах, расслабленные позы, и ритмический водоворот платьев, розовых, светло-синих, темно-синих, черных; и взрыв страсти, неожиданная печаль, внезапная ярость, наслаждение и усталость…»

Картинки Парижской жизни: La Vie Parisienne

Как думаете,откуда растут ноги у пин-апа, у меня закралась мысль,возможно что, в ар-нуво.
Журнал La Vie Parisienne был основан в Париже (кто бы не догадался) в 1863 году. И стал очень популярен в первые двадцать лет ХХ века. В те далекие времена даже нынешний мастодонт женского мирка Vogue желал быть похожим La Vie Parisienne.

Этот журнал заправлял женскими судьбами не только парижанок, но и американок, англичанок, и теми, кто хотел быть на волне событий. Сегодня бы это был интеллектуальный вариант какого-нибудь Космополитана. Интеллектуальный потому, что фотографии заменяли шикарнейшие иллюстрации, над которыми трудились лучшие иллюстраторы и художники Парижа эпохи модерна.

С 1905 года журнал последовательно освещал тенденции в так называемом "новом искусстве" - это тоже ар нуво. И этим La Vie Parisienne бесценен для истории - с него начались эксплуатации женской сексуальности, в том числе и в рекламе (и если уж дальше размышлять - девушке пин-ап имеют французский акцент, хоть и взращены были в американской глубинке - особенно интересно проследить деланность неловких моментов;). И вот еще что, мне думается - в La Vie Parisienne воплотилось то, что ранее носилось в воздухе, а позже стало нормой для всевозможных adds - ориентированность на образ.

Но если оставить на время мысли о том, как закалялась сталь консьюморизмов и эксплуатаций женской сексуальности, то можно впасть в состояние эстетического экстаза, разглядывая иллюстрации.

Всевозможные отсылки к моде прошлых лет и тогдашним "модным культурам". Особый фетиш иллюстраторов La Vie Parisienne - это не столько обнаженная женская грудь, сколько мифологические существа: русалки, сатиры... может все остальные дамы - это нимфы? Впрочем, по идее редакторов дамы с иллюстраций - это эталон поведения парижанок - легкомысленных, утонченных и в чулках (либо без них, но тогда обнаженные). Может благодаря La Vie Parisienne и пошел этот стереотип об исключительности сексуальной привлекательности парижанок? Не важно, какими они в действительности были, интересней, что американки и англичанки хотели быть похожими на "тех" парижанок - ми-фо-ло-гия.

Самая большая коллекция журналов La Vie Parisienne находится в Великобритании.
La Vie Parisienne прекратил свое существование в 1970 году.
Новый журнал с одноименным названием появился в 1984 году и по-прежнему существует.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о