Империя османов – Порядок наследования престола в Османской империи — Википедия

Список матерей султанов Османской империи — Википедия

Имя
(годы жизни)
Сын-султан
(годы правления)
Происхождение Примечание
3. Нилюфер-хатун[11][15][16] Мурад I
(1359—1389)
Гречанка[11], вероятно дочь текфура Ярхисара[17][13]. Носила титул, равный появившемуся позже титулу валиде-султан[2][16].
4. Гюльчичек-хатун[11][18] Баязид I
(1389—1402)
Гречанка[11][13]. Умерла предположительно до восшествия сына на престол[19].
5. Девлет-хатун[20][18][13] Мехмед I
(1413—1421)
Рабыня или местная христианка, обращённая в ислам[13]. Носила титул, равный появившемуся позже титулу валиде-султан[2].
6. Эмине-хатун[11] Мурад II
(1421—1444
1446—1451)
Дочь правителя бейлика Зулькадар Сули Шабан-бега или, что менее вероятно, его отца Мухаммада Насир ад-дина[21] Умерла предположительно до восшествия сына на престол[19].
7. Хюма-хатун[11][18]
(ум. в сентябре 1449[22])
Мехмед II
(1444—1446
1451—1481)
Предположительно, рабыня греческого или славянского происхождения[13]. Носила титул, равный появившемуся позже титулу валиде-султан[2].
8. Гюльбахар-хатун[11][18]
(ум. до 1492[23])
Баязид II
(1481—1512)
Понтийская гречанка из Трабзона[13], турчанка[11], албанка[24] или славянка[25]. Носила титул, равный появившемуся позже титулу валиде-султан[26][27][2].
9. Гюльбахар-хатун[28][29][30] или Айше-хатун[11][31]
(ум. после 1512[32])
Селим I
(1512—1520)
? / Айше — дочь правителя бейлика Зулькадар Бузкурд Ала ад-дин-даула[32] ? / Айше умерла предположительно до восшествия Селима I на престол[19].
10. Айше[33]Хафса-султан[11][34][18]
(ок. 1478/1479 — 19 марта 1534[35]/1539[33])
Сулейман I
(1520—1566)
Европейка[36], турчанка или черкешенка[11]. Валиде-султан[19][27][33][2].
11. Хюррем-султан[11][18]
(ок. 1500 — 15 апреля 1558[27][37])
Селим II
(1566—1574)
Предположительно, славянка[11]. Умерла до восшествия сына на престол[19]
12. Нурбану-султан[11][16]
(ок. 1525[38]/ок. 1530[39] — 6 декабря 1583[16])
Мурад III
(1574—1595)
Венецианка[40][41], еврейка[42][43][44] или гречанка с острова Корфу[39]. Валиде-султан[19][16][2].
13. Сафие-султан[11][45]
(1550 — 10 ноября 1605[46][45]/конец 1618 — начало 1619[47])
Мехмед III
(1595—1603)
Албанка из деревни Рези в Дукагинском нагорье[en][48][49]. Мехд-и улья (валиде-султан[19])[45][2].
14. Хандан-султан[11][50]
(ок. 1574[51] — 12[52]/26 ноября 1605[53][50])
Ахмед I
(1603—1617)
Предположительно, гречанка[52] или боснийка[54]. Валиде-султан[19][50][2].
15. Халиме-султан[55]
(ок. 1571[51]
— после 10 сентября 1623)
Мустафа I
(1617—1618
1622—1623)
Была абхазского происхождения[56]. Валиде-султан[57][58][2].
16. Махфируз Хадидже-султан[11][59]
(ок. 1590 — до 1614[60] или 1620[61][62]/1621[63])
Осман II
(1618—1622)
Существуют версии о её греческом[11] и сербском происхождении[64]. Согласно версии современных историков к моменту восхождения Османа II на трон в 1618 году Махфируз была жива, однако вопреки традициям она не была переведена из Старого дворца во дворец Топкапы и не получила титул валиде[65][62]. Обязанности же матери султана при дворе выполняла няня Османа II[66]. По другой версии, Махфируз умерла до восшествия на престол сына[60][19].
17. Махпейкер Кёсем-султан[11][67]
(1585 — 2 сентября 1651[63][67])
Мурад IV
(1623—1640)

Ибрагим I
(1640—1648)
Гречанка[11]. Валиде-султан при обоих сыновьях[19][63][67][2], регент Османской империи в первые годы правления Мурада IV. После свержения и смерти Ибрагима I отстранила от власти Турхан-султан — мать султана Мехмеда IV[68]. Задушена сторонниками Турхан[69].
18. Хатидже Турхан-султан[11][70]
(1627[71]/1628[72] — 5 июля 1682[73]/1683[70])
Мехмед IV
(1648—1687)
Русская[71][74][75][76][77][11]. Валиде-султан[19][70][2].
19. Салиха Дилашуб-султан[11][45]
(ум. 5 ноября 1689[73][45])
Сулейман II
(1687—1691)
Валиде-султан[19][45][2].
20. Хатидже Муаззез-султан[78]
[11][50]
(ум. 12 сентября 1687[73])
Ахмед II
(1691—1695)
Умерла до восшествия на престол сына[19][50].
21. Эметуллах Рабия Гюльнуш-султан[11][30]
(1642[79] — 5[79]/6 ноября 1715[30])
Мустафа II
(1695—1703)
Ахмед III
(1703—1730)
Происходила из семьи Верцицци с Крита[80]. Валиде-султан при обоих сыновьях[19][30][2].
22. Салиха Себкати-султан[11][81]
(1680[82] — 21 сентября 1739[83][81])
Махмуд I
(1730—1754)
Гречанка[82]. Мехд-и улья (валиде-султан[19][83])[81][2].
23. Шехсувар-султан[11][84]
(после 1676 — 27 апреля 1756[83][84])
Осман III
(1754—1757)
Русская[11]. Мехд-и улья (валиде-султан[19][83])[84][2].
24. Михришах Кадын-эфенди[11][85]
(ум. 1731[85]/1732[83])
Мустафа III
(1757—1774)
Умерла до восшествия на престол сына[19][85].
25. Рабия Шерми-султан[11][86]
(ум. 1722/1723[86] или 1732[83])
Абдул-Хамид I
(1774—1789)
Умерла до восшествия на престол сына[19][86].
26. Михришах-султан[11][85]
(ум. 16 октября 1805[87][85])
Селим III
(1789—1807)
Грузинка[11]. Валиде-султан[19][85][2].
27. Айше Сениепервер-султан[11][33]
(ум. 11 декабря 1828[88]
[33]
)
Мустафа IV
(1807—1808)
Предположительно, грузинка или черкешенка[89]. Валиде-султан[19][90][33][2].
28. Накшидиль-султан[11][91][92]
(1766 — 22 августа 1817[88][92])
Махмуд II
(1808—1839)
Предположительно, грузинка или черкешенка[93]. Валиде-султан[19][92][2].
29. Безмиалем-султан[11]
(1808 — 2 мая 1853[94][95])
Абдул-Меджид I
(1839—1861)
Грузинка[11][96]. Валиде-султан[19][95][2].
30. Пертевниял-султан[11][86]
(1810 — 5 февраля 1883[94][86])
Абдул-Азиз
(1861—1876)
Черкешенка[97]. Валиде-султан[19]
[86][2].
31. Шевкефза-султан[11]
(12 декабря 1820 — 20 сентября 1889[98])
Мурад V
(1876)
Черкешенка[11][7]. Валиде-султан[19][2].
32. Тиримюжган Кадын-эфенди[11][99][100]
(16 августа 1819 — 26 апреля 1853[98][100])
Абдул-Хамид II
(1876—1909)
Черкешенка[11] из субэтноса шапсугов[101]. Умерла до восшествия сына на престол[19][100]. Обязанности матери султана выполняла черкешенка из убыхов[102]Пиристу Кадын-эфенди, воспитывавшая Абдул-Хамида II после смерти Тиримюжган[6][7]. Пиристу официально носила титул матери султана[103][2] и стала последней валиде-султан в истории Османской империи[2].
33. Гюльджемаль Кадын-эфенди[11][104][30]
(1826 — 29 ноябрь 1851[98][30]
)
Мехмед V
(1909—1918)
Предположительно, черкешенка[7]. Умерла до восшествия сына на престол[19]. После смерти Гюльджемаль её сына воспитывала Серветсеза Кадын-эфенди, однако и она умерла до восшествия Мехмеда V на престол[105].
34. Гюлюсту Кадын-эфенди[11]
(ум. в мае 1861[98])
Мехмед VI
(1918—1922)
Черкешенка[11][7]. Умерла до восшествия сына на престол[19]. После смерти Гюлюсту её сына воспитывала Шаесте Ханым-эфенди, однако и она умерла до восшествия Мехмеда VI на престол[106].
Хайраныдиль Кадын-эфенди[11]
(2 ноября 1846 — 9 сентября 1898[98])
Абдул-Меджид II
Последний халиф из династии Османов (1922[107]—1924)
Черкешенка[108]. Сын Хайраныдиль не был султаном и носил только титул халифа Османского государства[107]. Сама Хайраныдиль до момента получения сыном титула не дожила
[109]
.

Конийский султанат — Википедия

Конийский (Иконийский), Румский или Сельджукский султанат (перс. سلجوقیان روم‎ Saljūqiyān-i Rūm) — средневековое тюркско-мусульманское государство в Малой Азии, в котором удачно сочетались элементы городской иранизированной культуры, скотоводческие и военные навыки пришедших с Центральной Азии туркменских племен, а также древние ремесла и культура покоренных местных христиан (армян и греков).

Возникнув в 1077 году на отторгнутых у Византийской империи землях, султанат сыграл важную роль в истории региона, постепенно оттеснив и ассимилировав преобладавшее здесь до конца XI века христианское население. Первоначальным центром государства была Никея, с 1096 года столица была перенесена в город Конью (Иконий). Важную роль в становлении тюркской государственности на своих же землях сыграла сама византийская знать, использовавшая мигрировавших во всё больших количествах турок в гражданских войнах за константинопольский престол, а также в качестве наёмников для борьбы с западными странами, когда того требовала политическая ситуация[3]. Наибольшего расцвета Конийский султанат достиг при султане Ала ад-Дине Кей-Кубаде I (1219—1236). В результате внутренних распрей и вторжения монголов Конийский султанат к 1307 году распался на ряд бейликов, один из которых со временем превратился в Османскую империю.

Основание[править | править код]

Конийский султанат сложился в результате завоеваний турок-сельджуков в Малой Азии (у арабских и персидских авторов — Рум) в XI—XIII веках. К 1081 г. сельджуки завоевали все византийские города в Малой Азии (кроме Гераклии Понтийской) и вышли к проливам Босфор и Дарданеллы.

В 1070-х годах сельджукский военачальник Сулейман ибн Кутулмыш, двоюродный брат султана Мелик-шаха I, пришёл к власти в западной Анатолии. В 1075 году он захватил города Никея и Никомедия. Два года спустя он объявил себя султаном независимого государства сельджуков, сделав его центром Никею.

Расширение[править | править код]

Сулейман был убит в Антиохии в 1086 году Тутушем I, правителем сельджукской Сирии, и его сын Кылыч-Арслан был брошен в тюрьму. После смерти Мелик-шаха (1092) Кылыч-Арслан был освобождён и немедленно утвердился во владениях своего отца. Он был в конечном счёте побеждён крестоносцами Первого Крестового похода и отступил на юг центральной Анатолии, где воссоздал своё государство со столицей в Конье. В 1107 году он овладел Мосулом, но умер в тот же самый год, борясь с сыном Малик-шаха Мехмедом Тэпэром. После взятия Никеи крестоносцами и византийцами в 1096 году столица была перенесена в город Конья (Иконий).

Тем временем другой румский правитель, Малик-шах, захватил Конью. В 1116 году сын Кылыч-Арслана — Масуд I — взял город с помощью Данишмендидов. Ко времени смерти Масуда в 1156 году султанат управлял почти всей центральной Анатолией. Сын Масуда, Кылыч-Арслан II, захватил остающиеся территории вокруг Сиваса и Малатьи у последнего из Данишмендидов (1174). В битве при Мириокефале в 1176 году Кылыч-Арслан II также победил византийскую армию во главе с Мануилом I Комнином, нанеся главный удар по византийской власти в регионе. Несмотря на временную оккупацию Коньи в 1190 году участниками Третьего Крестового похода, султанат быстро возвратил и консолидировал свою власть.

После смерти последнего султана Великой империи сельджуков Тугрула III в 1194 году румские султаны стали единственными правящими представителями династии. После падения Византии в 1204 году Кей-Хосров I захватил Конью у крестоносцев в 1205 году. При нём и двух его преемниках, Кей-Кавусе I и Кей-Кубаде I, власть сельджуков в Анатолии достигла своего апогея. Самым важным достижением Кей-Хосрова был захват гавани Атталия на средиземноморском побережье в 1207 году. Его сын Кей-Кавус I захватил Синоп и на некоторое время (1214) сделал своим вассалом Трапезундскую империю, но в 1218 году был вынужден сдать город Алеппо, приобретённый от аль-Камила. Кей-Кубад I продолжал приобретать земли вдоль средиземноморского побережья с 1221 до 1225 годы. В 1220-х годах он послал экспедиционные войска через Чёрное море в Крым. На востоке он победил Менгджуков и начал оказывать давление на Артукидов.

Монгольское владычество[править | править код]

Первые монгольские набеги на территорию султаната относятся к 1231—1232 годам, когда отдельные отряды армии нойона Чормагана доходили до Сиваса и Малатьи. В 1236 году монголы потребовали от Кей-Кубада I регулярных посольств с данью. Султан смог заключить с ханом Угэдэем мирный договор, и на некоторое время обеспечить безопасность своей стране.

Битва при Кёсе-даге, в которой сельджуки вместе с христианскими союзниками выступили против монголов.

В начале 1240-х годов при Кей-Хосрове II государство, ослабленное внутренними противоречиями (в особенности, восстанием Баба Исхака), испытало масштабное монгольское вторжение. В конце 1242 года командующий Байджу после двухмесячной осады взял Эрзерум, а 26 июня 1243 год разгромил армию Кей-Хосрова и его союзников при Кёсе-даге. Развивая успех, монгольская армия продолжила наступление. Жители Кайсери были преданы мечу, так как отказались сдаться, сам город был разрушен; Эрзинджан монголы взяли хитростью; Сивас и Тюрике сдались добровольно. Попытки бежавшего в Конью Кей-Хосрова заключить союз против монголов с латинским императором Балдуином II и никейским Иоанном III не имели успеха. Султану пришлось отправить к монголам своего визиря Мухаззаб ад-Дина, который убедил Байджу, что дальнейшее завоевание страны будет трудным, поскольку в ней множество воинов и крепостей. По условиям мирного договора Кей-Хосров должен был ежегодно отправлять в Каракорум около 12 миллионов гиперперонов либо местных серебряных монет, 500 кусков шёлка, 500 верблюдов и 5000 баранов[4]. Султан оставался правителем той части государства, которая не была завоёвана. Это годом позже подтвердил своим ярлыком Бату, глава Улуса Джучи, чьим вассалом по сути и стал Кей-Хосров.

Поражение при Кёсе-даге стало переломным моментом в истории Конийского султаната, после которого процессы упадка в государстве заметно ускорились. Центральная власть теряла свой авторитет, что сразу выразилось в появлении самозванца, объявившего себя сыном покойного султана Кей-Кубада I. С 20-ю тысячами своих сторонников самозванец двинулся к Киликии, но был разбит Костандином, братом царя Хетума I, схвачен и повешен в Алайе. Другим следствием монгольского наступления стало расстройство сельского хозяйства; поля были заброшены, и в стране наступил голод. Толпы кочевников-туркмен устремились к западным границам султаната, где им удалось пробить границы постепенно слабеющей Византии.

Триумвират[править | править код]

Политический кризис усугубился после смерти Кей-Хосрова II в конце 1245 года. Три его малолетних сына, объявленные соправителями, стали, фактически, марионетками в руках различных придворных клик. Наследником Кей-Хосрова, согласно завещанию, должен был стать Ала ад-Дин Кей-Кубад — его младший сын, рождённый грузинской принцессой Тамар (Гюрджи-хатун), дочерью царицы Русудан. Но после смерти Кей-Хосрова (1245/1246) могущественный визирь Шамс ад-Дин Исфахани выступил в поддержку Изз ад-Дина Кей-Кавуса, чьей матерью была наложница султана, дочь греческого священника. Визирь женился на ней, казнил нескольких несогласных эмиров и сосредоточил в своих руках власть. П. И. Жаворонков, ссылаясь на сведения Киракоса Гандзакеци, утверждает, что Кей-Кавус взошёл на престол, опираясь на родство с никейским императором и его помощь[5].

Однако визирь не смог предотвратить действий Рукн ад-Дина Кылыч-Арслана, среднего брата, который в сопровождении нескольких эмиров отправился в Каракорум, столицу Монгольской империи, надеясь, что хан отдаст правление ему. Сельджуки присутствовали на великом курултае 1246 года, где кааном был избран Гуюк. Кылыч-Арслан получил от нового хана ярлык на правление. Гуюк, в ответ на жалобу эмиров, приказал выдать визиря Шамс ад-Дина родственникам убитых им вельмож. По возвращении Кылыч-Арслана в Малую Азию он был признан султаном, а Шамс ад-Дин Исфахани предан смерти (1249).

К этому времени стало известно о смерти Гуюка. Поскольку новый хан ещё не был избран, сельджукские эмиры договорились, что все три сына Кей-Хосрова II должны царствовать совместно. В 647—655 годах хиджры (1249—1257 годах н. э.) на монетах чеканятся три имени. Но в 1254 году Кылыч-Арслан был признан в Кайсери единственным султаном; в городе начали чеканить монеты только с его именем. Переговоры между братьями не дали результата, и в конце 1254 — начале 1255 годов между Кей-Хосровом и Кылыч-Арсланом началась борьба за единоличную власть. Первый опирался на греков, второй — на монголов. Кылыч-Арслан потерпел поражение и был заключён в крепость Буруглу.

Байджу-нойон вторгся в пределы султаната под тем предлогом, что Кей-Кавус задержал выплату дани. При поддержке туркменских племён султан выступил навстречу монголам, и 14 октября 1256 года близ Аксарая состоялось сражение. Кей-Кавус, в войске которого сражался греческий отряд под командой будущего византийского императора Михаила Палеолога, потерпел поражение и бежал к своему союзнику Феодору II Ласкарису. Рукн ад-Дин Кылыч-Арслан IV обрёл свободу и вновь был признан султаном. Кей-Кавус прибыл к никейскому императору в Сарды в начале января 1257 года. Феодор дал Кей-Кавусу отряд в 400 всадников в обмен на Лаодикею и Хоны с двумя крепостями. Узнав, что монгольские войска отступили, Кей-Кавус вернулся в Конью, в то время как Кылыч-Арслан пребывал в Кайсери.

К этому времени монгольскую власть в регионе осуществлял брат каана Мункэ Хулагу. Кей-Кавус и Кылыч-Арслан прибыли в ставку Хулагу близ Тебриза (согласно Рашид ад-Дину, это произошло в августе 1258 года, по Абу-ль-Фиде — в 657 году хиджры = 28 декабря 1258 — 18 декабря 1259 годов н. э.). Хулагу был крайне недоволен выступлением Кей-Кавуса против Байджу-нойона, но, по просьбе своей жены Докуз-хатун, простил его[6]. Оба брата приняли участие в монгольской кампании в северной Сирии и вернулись к себе в Рум, когда Хулагу отступил на восток. Затем, заподозрив Кей-Кавуса в тайных сношениях с мамлюками, Хулагу приказал Кылыч-Арслану двинуться с войсками против брата. При поддержке монгольских сил Кылыч-Арслан вытеснил Кей-Кавуса из его столицы Коньи, и тот был вынужден бежать сначала в Анталью, а затем — в Константинополь, ко двору Михаила Палеолога.

Распад[править | править код]

К 1307 году султанат распался на мелкие княжества. Одно из них — бейлик Османа I, который был отдан ему в лен, — явилось ядром образовавшегося в начале XIV века Османского государства.

Султаны Рума, как и их единоверцы, активно использовали гулямов. Их основу составляли захваченные в ходе набегов византийцы и обращённые в ислам рабы, купленные в Северном Причерноморье. Преданные султану, они познакомили сельджуков с новыми военными приёмами и технологиями[7].

Основу вооружённых сил султаната составляли кочевые племена огузов. Их войско делилось на 24 отряда, руководимых эмирами. Местные феодалы также выставляли собственные отряды, снаряжаемые за счёт подконтрольных городов и деревень. Однако эти воинские силы были абсолютно независимы, что затрудняло осуществление сложных стратегических операций[8].

Кроме этого, Сельджукиды использовали особые войска — икдишы, состоявшие из принявших ислам местных христиан, а также не брезговали использовать помощь от христианских государей. К примеру, правитель Киликии Левон II для сохранения мира обязался выставлять 1000 кавалеристов и 500 пушкарей. Это противоречило традициям исламского мира, по которым воевать могли лишь правоверные[7].

Султаны имели и постоянные войска, которые не требовалось созывать со всей страны. Их покой охраняла дворцовая стража (набиравшаяся из горных племён). Вдобавок к ним султаны весьма часто использовали наёмников: франков, норманнов и славян, получавших жалование из государственной казны и поэтому верных нынешнему правителю. На постоянной оплате были отряды, следившие за безопасностью на дорогах и караулившие города. Содержать их приходилось местному населению, весьма тяготившемуся подобной «привилегией»[9].

На войне сельджуки стремились избегать прямых столкновений с противником, предпочитая медленно, но верно его изматывать своими налётами. Тюрки активно грабили вражеские провинции, угоняли людей в рабство, устраивали засады, грабили путников на больших греко-римских дорогах. Также оказывалось и психологическое воздействие: из-за публичной пытки трапезундского императора Алексея Великого Комнина, его подданные согласились сдать Синоп. Турки часто уничтожали урожай, блокировали города, повреждали мосты, дороги и акведуки, вынуждая жителей крепостей сдаться от голода и жажды. К примеру, после 1269 года дорога из Константиполя в Гераклею стала опасной для пеших христиан[10]. Траллы турки покорили около 1284 года, бросая камни в акведуки и грабя крестьян, выходивших днём за городские стены с целью работы на полях и виноградниках, которые турками целенаправленно уничтожались.

Немаловажную роль в ведении сельджукских военных кампаний сыграла искусная дипломатия, умело манипулировавшая полукочевой хозяйственной системой султаната и сумевшая направить её вождей против византийцев, за счёт которых султанат продолжил свой рост. В конечном счёте сельджуки оказались даже более искусными дипломатами чем сами византийцы. Номинально сельджукские султаны всегда сохраняли подчёркнуто дружеские и даже очень близкие отношения с византийской элитой. На деле же более поздний анализ средневековых хроник показал что, личная дружба сельджукских султанов с византийскими императорами позволяла султану дистанцироваться от кочевых тюркских племен, которых они тем не менее продолжали тайно направлять против Византии. Многие византийские правители и мыслители понимали это, но решительных шагов для разрыва особых отношений с султанатом так и не предприняли. К примеру, император Мануил Комнин в византийско-сельджукском договоре 1162 года настоятельно рекомендовал султану предотвращать набеги кочевых туркменов на оставшиеся византийские земли. В ответ, султан Килич Арслан II послал в Константинополь своего дипломата, уверявшего греков что любые вылазки «туркмен» с конийской территории на византийские земли султаном никоим образом не поддерживаются и не одобряются. В ответ Никита Хониат уличил султана в откровенной лжи, которая не согласовывалась с фактами. Ложь стала тем более явной после того как сами приграничные туркмены заявили что их интересы в Константинополе должен представлять посол сельджукского султана. Если какие-то трения между сельджукской городской элитой и кочевыми туркменами и имелись, то касались они не отношений с византийцами, а вопросoв престолонаследия в самом султанате[11].

В XII—XIII веках Анатолия переживала культурный расцвет, отмеченный выдающимися работами архитектуры и декоративных искусств. К первым относились большие гостиницы караван-сараи, использовавшиеся в качестве перевалочных пунктов и торговых постов для караванов. При сельджуках было построено более 100 этих строений. Главные города Конийского султаната — Конья, Кайсери, Сивас и другие — являлись одновременно центрами ремесла. Византийско-сельджукская торговля оживила экономику Малой Азии, оставалась значительной до 1270—х годов. Несмотря на довольно хорошие межгосударственные отношения между высокопоставленными византийскими и сельджукскими правителями, попытки аккультурации сельджуков в целом завершились провалом для Византии из-за их гетерогенности: через прозрачные восточные границы в султанат постоянно проникали новые волные тюркско-мусульманских кочевников, почти неподвластных центральной конийской власти. В конечном счете, султанат постепенно сменил культурную ориентацию с провизантийской на проиранскую, а его преемники со временем начали сильнее укреплять исконную тюркскую традицию[3].

В экономическом отношении вторжение скотоводческих сельджуков в Малую Азию привело к более рациональному использованию ресурсов малоазийского плато: в поздневизантийское время этот регион занимали малоэффективные и малонаселённые латифундии[3], владельцы которых часто не платили налоги в столичную казну из-за удаленности региона от столицы или же наоборот, проживали в Константинополе и неэффективно использовали свои владения в Малой Азии. Турки, напротив, основали в сердце Малой Азии компактное государство с центром в Конье. По наблюдениям крестоносцев, греки также плохо владели навыками коневодства и верховой езды, а ведь именно навыки езды на лошади играли важнейшую роль в средневековых битвах как у западных рыцарей, так и у тюрок. Факт смещения ядра поздней Византии в долины Меандра и Вифинию подтвердил гипотезу о глубокой привязанности византийской цивилизации исключительно к оседлому типу сельского хозяйства, которое не смогло пережить весьма болезненный контакт с полукочевыми цивилизациями в условиях возникновения полупрозрачных границ по типу тюркского уджа. Существование уджей стало особенно выгодно центральной сельджукской власти в XIII веке. Сельджукские султаны номинально не воевали ни с Никейской, ни с восстановленной Византийской империей: они лишь посылали в уджи самых беспокойных кочевников, направляя таким образом экспансивные устремления кочевой знати на грабеж и порабощение иноверцев-греков, а также на захват греческих земель.

Экономика Конийского султаната во многом паразитировала на византийской пока это было выгодно сельджукам, что и стало залогом её постепенного укрепления на протяжении всей истории султаната. Согласно исследованиям Вассо Пенна в трудах о византийской денежной системе (2002), именно появление Конийского султаната стало причиной итогового краха византийского золотого стандарта, а вместе с ним и всей экономики малоазийской Византии (в европейской части империи немалую роль в этом процессе сыграли кабальные договоры с Венецией и Генуей). Дело в том что к XII веку золотые запасы империи, лишившейся основных золотых рудников, были весьма ограничены. Bизантийские власти и до этого вели строгий контроль за циркуляцией золота в границах империи: все налоги должны были быть уплачены золотой номизмой, что гарантировало возвращение денег в казну. Экспорт золота был строго зарегулирован пока границы хорошо охранялись. Конийские турки смогли извлечь максимальную выгоду из их двоякого отношения к византийской власти. Так, во время заключения первых мирных договоров с византийцами, сельджуки поначалу позиционировали себя как автономные вассалы (федераты) императора, что номинально давало им право на использование византийских золотых монет. Пика этот процесс экономической кооперации достиг при Шахманшахе (1109—1116). Даже самоназвание султаната (Румский) указывало на тесное переплетение его экономики с Византией (Романией).

Свои первые бронзовые монеты для внутреннего обращения в султанате стал впервые чеканить лишь Масуд I (1116—1156), взявший на курс на постепенное обособление султаната от слабеющей Византии. На протяжении всего XII века активно формирующаяся конийская знать поддерживала необычайно высокий спрос на византийское золото. По мере роста сельджукских городов и возобновления торговли, византийская золотая наличность активно вывозилась из Византийской империи, нарушив её платежный баланс и лишив империю былых золотых резервов. Постоянная изменчивость восточной границы в Малой Азии только способствовала вымыванию золота из империи[3]. Подтверждением этому стал тот факт что в XIII веке сельджуки начинают чеканить свои монеты из постепенно накопленного византийского золота. И напротив, к концу XIII века в малоазийской части империи параллельно разразился настоящий кризис налогообложения: многие города за неимением золотой наличности прогоняют имперских сборщиков налогов из-за постепенного обнищания. Нехватка наличности спровоцировала понижение доли золота в монете и в конечном счете привела к нехватке средств на оборону остатков византийских владений от новой волны тюркских нашествий. К середине XIV века Византия превратилась в одно из самых бедных и отсталых государств Европы. Последнее столетие своего существования немногочисленные жители бывшей империи проводили в голоде и нищете, которые усиливались из-за постоянных турецких осад.

  1. Grousset, Rene. The Empire of the Steppes: A History of Central Asia. — Rutgers University Press, 2002. — С. 157. — 718 с.

    ...the Seljuk court at Konya adopted Persian as its official language.

  2. Bernard Lewis. Istanbul and the Civilization of the Ottoman Empire. — University of Oklahoma Press, 1963. — Т. 9. — С. 29. — 189 с.

    The literature of Seljuk Anatolia was almost entirely in Persian...

  3. 1 2 3 4 The Battle of Manzikert: Military Disaster or Political Failure? " De Re Militari
  4. Kolbas J. The Mongols in Iran: Chingiz Khan to Uljaytu, 1220-1309. — Routledge, 2006. — P. 121—122. — ISBN 0700706674.
  5. Жаворонков П. И. Никейская империя и Восток: (Взаимоотношения с Иконийским султанатом, татаро-монголами и Киликийской Арменией в 40–50-е годы XIII в.) // Византийский временник. — 1978. — № 39. — С. 95. Архивировано 5 марта 2012 года.
  6. Рашид ад-Дин. Сборник летописей / Перевод А. К. Арендса. — М., Л.: Издательство АН СССР, 1946. — Т. 3. — С. 48.
  7. 1 2 Еремеев Д. Е., Мейер М. С. Государство Сельджукидов Малой Азии в первой половине XIII века // История Турции в средние века и новое время:Учебное пособие. Архивная копия от 29 декабря 2011 на Wayback Machine
  8. Гордлевский В. Государство сельджукидов Малой Азии. — С. 148—149.
  9. Гордлевский В. Государство сельджукидов Малой Азии. — С. 153—155.
  10. ↑ Lindner, Nomads and Ottomans (неопр.) (недоступная ссылка). Дата обращения 5 мая 2018. Архивировано 5 июля 2015 года.
  11. ↑ http://www.artsrn.ualberta.ca/amcdouga/Hist243/winter_2017/additional_rdgs/The%20Seljuk%20Sultanate%20of%20Rūm%20and%20the%20Turkmen%20of%20the%20Byzantine%20frontier,%201206–1279_.pdf
  12. Эрлихман В. Исламский мир // Правители Мира. Хронологическо-генеалогические таблицы по всемирной истории в 4 тт.).

Источники[править | править код]

Литература[править | править код]

Порядок наследования престола в Османской империи — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 19 марта 2018; проверки требуют 7 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 19 марта 2018; проверки требуют 7 правок.

Османская Династия имела необычный порядок наследования по сравнению с другими монархиями[1]. Эта порядок наследования менялся с течением времени, пока в 1922 году не был отменен султанат.

После провозглашения республики в 1922 и ликвидации халифата в 1924 всем представителям династии было предписано покинуть страну. Османы перебрались в Западную Европу и в страны Ближнего Востока. Поскольку четкого порядка престолонаследия в Османской империи не было, главой династии считается старший в роду по возрасту. Ими были:

  • Абдул-Меджид II (1868—1944), с 1924 как последний халиф[2]
  • Ахмед Нихад (1883—1954), с 1944 как старейший представитель династии[2]
  • Осман Фуад (1895—1973), с 1954, его брат[2]
  • Мехмед Абдул-Азиз (1903—1977), с 1973, последний внук султана Абдул-Азиза[2]
  • Али Васиб (1903—1983), с 1977, сын Ахмед Нихада[2]
  • Мехмед Орхан (1914—1994), с 1983, внук Абдул-Хамида II[3]
  • Эртогрул Осман (1912—2009), с 1994, последний внук Абдул-Хамида II[4]
  • Баязид Осман (1924—2017), с 2009, внук Мехмед Бурханеддина, пятого сына Абдул-Меджида[5]
  • Дюндар Алиосман (р. 1930), с 2017, правнук султана Абдул-Хамида II

Если же считать законным падишахом самого старшего представителя самой старшей ветви рода («старший в роду»), то им был бы Его Императорское Высочество Принц Шахзадэ Осман Салах-аддин Османоглу Эфенди (р. 1940), пра-правнук падишаха Мурада V по прямой мужской линии, сын Али Васиба, общепризнанного главы рода. У Османа Салах-аддина Османоглу 5 потомков по прямой мужской линии. Это самый правильный принцип в условиях отсутствия власти и закона о престолонаследии. Особенно с учетом того, что это желательно должен быть достаточно молодой человек, а старшему по возрасту представителю рода сейчас 85 .

Если же считать законным падишахом самого старшего по прямой мужской линии потомка последнего царствовавшего монарха, имеющего прямое мужское потомство, то им был бы Его Императорское Высочество Принц Шахзадэ Чингиз Назим Эфенди (р. 1939), правнук падишаха Мехмеда V.

Если же считать законным падишахом самого старшего по прямой мужской линии ближайшего родственника последнего царствовавшего монарха, то им был бы Его Императорское Высочество Принц Шахзадэ Орхан Сулейман Саад-аддин Эфенди (р. 16.07.1959), пра-правнук падишаха Абдул-Азиза I. У него нет сыновей, и вообще он последний представитель рода Абдул-Азиза I.

Всего по состоянию на сентябрь 2009 года род Османли насчитывает 25 представителей мужского пола, из которых двенадцать моложе сорока лет. Современный род Османов представляет несколько ветвей:

  • род Османа Салах-аддина Османоглу, пра-правнука Мурада V — шестеро представителей : 1) Осман Салах-аддин Османоглу (07.07.1940—…) ибн Али Васиб (1903—1983) ибн Ахмед Нихад (1883—1954) ибн Мехмед Салах-аддин (1861—1915) ибн Мурад. 2) Орхан Мурад Османоглу (26.12.1972—…) ибн Осман Салах-аддин Османоглу. 3) Селим Сулейман Османоглу (15.12.1979—…) ибн Осман Салах-аддин Османоглу. 4) Туран Джем (2004—…) ибн Орхан Мурад Османоглу. 5) Тамер Нихад (2006—…) ибн Орхан Мурад Османоглу. 6) Бату Баязид (2008—…) ибн Селим Сулейман Османоглу.
  • род Абдул-Керима, единственного сына Мехмед Селима, старшего сына Абдул-Хамида II — шестеро представителей, младший (принц Гарун) родился в 2007 году
  • род Абдул-Кадира, второго сына Абдул-Хамида II — четверо представителей, младший (принц Дэниел) родился в 1977 году
  • род Мехмеда V — семеро представителей, младший (принц Назим) родился в 1985 году
  • род Ибрахима Тауфика (1874—1931), единственного сына Мехмед Бурхан-аддина (1849—1876), девятого (пятого достигшего взрослости) сына Абдул-Меджида I — один представитель : принц Селим Джем (родившийся 05.09.1955 года) сын Бурхан-аддина Джема (1920—2008), брат Баязида Османа (р.23.06.1924), внук Ибрахима Тауфика (1874—1931).
  • род Абдул-Азиза I — единственный по прямой мужской линии потомок Абдул-Азиза I: Орхан Сулейман Саад-аддин ибн Сулейман Саад-аддин (1917—1985) ибн Мухаммед Кемаль-аддин (1890—1946) ибн Мухаммед Шефкет (1872—1899) ибн Абдул-Азиз, родившийся 16.07.1959 года.
  1. ↑ Quataert 2005, p. 90
  2. 1 2 3 4 5 Opfell, Olga. Royalty who wait: the 21 heads of formerly regnant houses of Europe (англ.). — McFarland, 2001. — P. 146, 151.
  3. ↑ Pope, Hugh. «Oldest Ottoman to come home at last», The Independent (1992-07-22).
  4. ↑ Bernstein, Fred. «Ertugrul Osman, Link to Ottoman Dynasty, Dies at 97», The New York Times (2009-09-24).
  5. ↑ «'Osmanoğulları'na insanlık şehadet edecek' Архивировано 14 марта 2012 года.», Zaman (newspaper) (2009-09-27).

Упадок Османской империи — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 20 октября 2016; проверки требуют 5 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 20 октября 2016; проверки требуют 5 правок.

В период Танзимата (1839—1876) Порта провела конституционные реформы, которые привели к созданию армии, комплектуемой по призыву, реформирования банковской системы, замены религиозного закона на светский и замены заводов на гильдии. 23 октября 1840 года в Стамбуле было открыто министерство почтовой связи Османской империи[1][2].

В 1847 году Сэмюэл Морзе получил патент на телеграф от Султана Абдул-Меджида I[3]. После успешного испытания телеграфа, 9 августа 1847 года[4] турки начали строительство первой телеграфной линии Стамбул-Эдирне-Шумен[5].

В 1876 году в Османской империи была принята конституция[de]. В эпоху первой конституции[tr] в Турции был создан парламент, упразднённый султаном в 1878 году. Уровень образования христиан в Османской империи был намного выше образования мусульман, что вызвало большое недовольство последних[6]. В 1861 году в Османской империи насчитывалась 571 начальная школа и 94 средних школ для христиан, в которых учились 14 000 детей, что превышало число школ для мусульман[6]. Поэтому в дальнейшем изучение арабского языка и исламской теологии было невозможно[6]. В свою очередь, более высокий уровень образования христиан позволил им играть большую роль в экономике[6]. В 1911 году из 654 оптовых компаний Стамбула, 528 принадлежали этническим грекам[6].

В свою очередь, Крымская война 1853—1856 годов стала продолжением длительного соперничества крупнейших европейских держав за земли Османской империи. 4 августа 1854 года[7] во время Крымской войны[8] Османская империя взяла свой первый кредит. Война стала причиной массовой эмиграции крымских татар из России — эмигрировало около 200 000 человек[9]. К концу Кавказской войны 90 % черкесов покинули Кавказ и обосновались в Османской империи[10].

Многие нации Османской империи в XIX веке охватил подъём национализма[en]. Зарождение национального сознания и этнического национализма в Османской империи было главной её проблемой. Турки сталкивались с национализмом не только у себя в стране, но и за её пределами. Число революционных политический партий[tr] в стране резко возросло. Восстания в Османской империи в XIX веке были чреваты серьёзными последствиями, и это повлияло на направление политики Порты в начале XX века.

Русско-турецкая война 1877—1878 годов закончилась решительной победой Российской империи. В результате оборона турок в Европе резко ослабла. Болгария была очищена от турок и обрела независимость вместе с Румынией и Сербией. В 1878 году Австро-Венгрия оккупировала османские провинции Боснийский вилайет и Новопазарский Санджак, но турки не признали вхождение их в состав этого государства и всеми силами пытались вернуть их обратно.

В свою очередь, после Берлинского конгресса 1877 года, британцы начали агитационную деятельность за возвращение туркам территорий на Балканах[11]. В 1878 году[11] англичанам было передано правление Кипром. В 1882 году британские войска вторглись в Египет, якобы для подавления восстания Араби-паши[ar], захватив его. В 1894—1896 годах в результате массовых убийств армян в Османской империи было убито 100 000 или 300 000 человек[12].

После сокращения в размерах Османской империи, многие балканские мусульмане переселились в её пределы[13][14]. К 1923 году в состав Турции входили лишь Анатолия и Восточная Фракия[15].

  1. ↑ PTT Chronology (тур.) (недоступная ссылка). Дата обращения 19 октября 2013. Архивировано 7 мая 2006 года.
  2. ↑ History of the Turkish Postal Service (неопр.). Ptt.gov.tr. Архивировано 5 января 2013 года.
  3. ↑ Istanbul City Guide: Beylerbeyi Palace (англ.) (недоступная ссылка). Архивировано 7 марта 2001 года.
  4. ↑ Türk Telekom: History (неопр.) (недоступная ссылка). Дата обращения 23 декабря 2013. Архивировано 28 сентября 2007 года.
  5. ↑ NTV Tarih Архивная копия от 12 февраля 2013 на Wayback Machine history magazine, issue of July 2011. «Sultan Abdülmecid: İlklerin Padişahı», page 49. (тур.)
  6. 1 2 3 4 5 Stone, Norman «Turkey in the Russian Mirror» pages 86-100 from Russia War, Peace and Diplomacy edited by Mark & Ljubica Erickson, Weidenfeld & Nicolson: London, 2004 page 95.
  7. ↑ History of the Ottoman public debt (неопр.) (недоступная ссылка). Gberis.e-monsite.com. Дата обращения 19 октября 2013. Архивировано 5 января 2013 года.
  8. ↑ Douglas Arthur Howard: «The History of Turkey», page 71.
  9. ↑ «Hijra and Forced Migration from Nineteenth-Century Russia to the Ottoman Empire» (англ.) (недоступная ссылка). Дата обращения 19 октября 2013. Архивировано 11 июня 2007 года.
  10. ↑ Memoirs of Miliutin, «the plan of action decided upon for 1860 was to cleanse [ochistit'] the mountain zone of its indigenous population», per Richmond, W. The Northwest Caucasus: Past, Present and Future. Routledge. 2008.
  11. 1 2 A. J. P. Taylor, The Struggle for Mastery in Europe: 1848—1918 (1954) pp 228-54
  12. ↑ Akcam, Taner. A Shameful Act: The Armenian Genocide and the Question of Turkish Responsibility. New York: Metropolitan Books, 2006, p. 42. ISBN 0-8050-7932-7.
  13. ↑ Mann, Michael (2005), The dark side of democracy: explaining ethnic cleansing, Cambridge University Press, p. 118
  14. ↑ Todorova, Maria (2009), Imagining the Balkans, Oxford University Press, p. 175
  15. ↑ editors: Matthew J. Gibney, Randall Hansen, Immigration and Asylum: From 1900 to the Present, Vol. 1, ABC-CLIO, 2005, p.437 Read quote: «Muslims had been the majority in Anatolia, the Crimea, the Balkans and the Caucasus and a plurality in southern Russia and sections of Romania. Most of these lands were within or contiguous with the Ottoman Empire. By 1923, only Anatolia, eastern Thrace and a section of the south-eastern Caucasus remained to the Muslim land.»

Женский султанат — Википедия

Женский султанат, или султанат женщин (тур. Kadınlar saltanatı, осман. قادينلر ساطنتي‎), — период в истории Османской империи, когда женщины оказывали большое влияние на государственные дела[1]. Началом женского султаната принято считать 1550 год, а окончанием — 1656 год[2].

Термин «женский султанат» ввёл турецкий историк Ахмет Рефик Алтынай[tr] в 1916 году в своей книге с одноимённым названием, в которой он рассматривал женский султанат как причину упадка Османской империи[3].

Лесли Пирс также рассматривает женский султанат с этой точки зрения, однако указывает на ряд предубеждений[4]. Причиной этих предубеждений была негативная мысль, что женщина не может стоять во главе исламского государства. Пирс пишет, что шейх-уль-ислам Джафер Мустафа Сунуллах Эфенди[tr] в 1599 году жаловался на вмешательство женщин в политические дела. С тех пор период после окончания правления Сулеймана Великолепного (период застоя и следующий за ним период упадка) считается негативным последствием именно правления женщин. Однако Лесли Пирс отмечает, что после окончания женского султаната в 1656 году упадок империи вовсе не замедлился, а даже наоборот ускорился. И действительно, Лесли Пирс, Ильбер Ортайлы и ряд других историков связывают поражение в Венской битве в 1683 году, произошедшее после окончания султаната женщин, с упадком Османской империи[1]. Что же касается самого женского султаната, то он скорее явился следствием, нежели причиной упадка. Управление империей требовало от султана длительного пребывания в столице: эра завоеваний Кануни была близка к завершению уже во второй половине его правления, поскольку границы Османского государства достигли Священной Римской империи, Русского царства и Персии, равноудалённых от Стамбула. Армия, вышедшая в начале лета в поход, всё равно оставалась на расстоянии, невозможном для совершения захвата. Походы стали невыгодны в финансовом плане[5].

Сегодня термин «женский султанат» в основном используется для обозначения периода, в котором женщины были к власти гораздо ближе, чем в любой другой период османской истории. Так или иначе османские женщины имели несоизмеримо меньше власти и были дальше от абсолютизма, чем европейские женщины того времени (например Екатерина II или Елизавета I).

В Османской империи, в отличие от других монархий, женщины не допускались к управлению страной. К тому же султаны официальному браку предпочитали жён-наложниц[6]. Делалось это, вероятно, для того, чтобы не допустить излишнего влияния на султана.

Сулейман Кануни отменил это правило, когда сделал своей законной женой Хюррем Султан. На смену Хюррем пришли две хасеки, ставшие впоследствии валиде: сначала Нурбану, а затем Сафие (которая не была официальной женой), оказывавшие большое влияние сначала на мужей (Селим II и Мурад III), а затем и на сыновей (Мурад III и Мехмед III). Считается также, что Михримах тоже оказывала влияние на брата. Пика своей власти султанат женщин достиг при правлении Кёсем Султан, ставшей валиде сразу при двух султанах — Мураде IV и Ибрагиме I, а также после смерти Ибрагима влиявшей на внука. Этот период окончился убийством Кёсем; на смену ей пришла мать Мехмеда IV Турхан Султан, пробывшая валиде 35 лет. Именно по инициативе Турхан в 1656 году на пост великого визиря был назначен Мехмед Кёпрюлю: это назначение и стало концом женского султаната[7].

Прекращение правления женщин в Османской империи вовсе не означает и прекращение их влияния на управление. Как и ранее валиде продолжали заниматься благотворительностью. Кроме влияния на политику они занимались строительством мечетей, школ, больниц; также они имели большие доходы, которыми распоряжались самостоятельно. Ярким примером тому служат две последних валиде: Безмиалем Султан и Пертевниял Султан. Однако по сравнению с периодом султаната женщин (особенно с периодом правления Кёсем) их влияние на внутреннюю и внешнюю политику было весьма незначительным.

Хюррем[править | править код]

Женщиной, заложившей основы женского султаната, считается Хюррем Султан. Впервые за несколько веков султан женился на своей наложнице. В 1534 году умерла валиде Хафса Султан. Ещё до этого, в 1533 году, вместе с сыном Мустафой, который достиг совершеннолетия, в Манису отправилась давняя соперница Хюррем — Махидевран. В марте 1536 года великий визирь Ибрагим-паша, ранее опиравшийся на поддержу Хафсы, был казнён по приказу султана Сулеймана, а его имущество конфисковано. Смерть валиде и казнь великого визиря открыли Хюррем дорогу для укрепления собственной власти.

Султан Сулейман, проводивший большую часть времени в походах, информацию о ситуации во дворце получал исключительно от Хюррем. Сулейман, ранее опиравшийся на переписку с матерью, сделал своим политическим советником Хюррем. Кроме того Хюррем Султан принимала иностранных послов, отвечала на письма иностранных правителей, влиятельных вельмож и художников. По её инициативе в Стамбуле построено несколько мечетей, баня и медресе.

Одним из последствий влияния Хюррем на султана считается казнь Мустафы в 1553 году[8]. Таким образом Хюррем добилась власти не только для себя, но и для своего сына Селима.

Нурбану[править | править код]

Нурбану была первой валиде-султан периода султаната женщин. Она начала своё возвышение ещё при жизни мужа. Селим в самой Османской Империи получил прозвище «Пьяница», из-за своего увлечения потреблением вина, однако пьяницей в прямом смысле слова не был. И всё же государственными делами занимался Мехмед Соколлу, который попал под влияние Нурбану. Роль Нурбану возросла, когда на престол взошёл её сын Мурад III. Он мало занимался государственными делами, предпочитая гаремные наслаждения. При нём большую роль в политике стали играть женщины из султанского гарема, в частности сама Нурбану и его наложница Сафие. Возглавляемые ими придворные группировки плели интриги друг против друга, а также против многих высших сановников, часто добиваясь их смещения и казни. При Мураде III значительно увеличилась коррупция, стали нормой взяточничество и кумовство.

Сафие[править | править код]

Влияние Сафие резко возросло после смерти Нурбану. Авторитет Сафие был велик, в отчёте за 1590 год венецианец Джованни Моро писал: «она имеет власть как мать принца, иногда она вмешивается во внутренние дела государства, она очень уважаема в этом, его высочество к ней прислушивается и считает её рассудительной и мудрой»[9].

Ко времени правления Мурада то, что ещё два поколения назад было вызывающим нарушением традиций, стало органичной частью жизни двора. За этот период сложился новый династический институт, в котором одну из решающих ролей в государстве играла мать старшего сына султана и наследника престола. Сафие играла роль, сравнимую с ролью королев в европейских государствах, и даже рассматривалась европейцами в качестве королевы[10]. В 1595 году Мурад III скончался, его место занял сын Сафие Мехмед III. Сафие как валиде-султан имела огромную власть и огромное влияние на сына.

После Сафие одна за другой шли три валиде (Хандан Султан, Халиме Султан и Махфируз Хадидже Султан), не сыгравшие большой роли в истории, поскольку пребывали в должности регента короткий срок (по 2 года каждая).

Кёсем[править | править код]

Кёсем не была первой фавориткой султана, как не была она и матерью его старшего сына. В 1604 году у Ахмеда родился сын Осман. Его матерью была гречанка Махфируз, не имевшая большого влияния, даже будучи валиде при Османе[11]. Кёсем имела множество детей от султана, что и позволило ей достичь такой высоты при дворе. Абсолютно точно её сыновьями были султаны Мурад IV и Ибрагим I, а также шехзаде Касим, а дочерьми — Айше, Фатма и Ханзаде. Вероятно, её детьми были также Сулейман и Гевхерхан. Кёсем выдала своих дочерей за влиятельных государственных деятелей, которые пользовались её поддержкой и фактически составляли её партию[11].

Посол Кристофор Вальер в 1616 году писал о Кёсем: «Она может делать всё с королём, что ей заблагорассудится, и полностью владеет его сердцем, ей никогда ни в чём нет отказа». Посол Контрарини, тем не менее, отмечал, что она «с великой мудростью сдерживает себя от того, чтобы говорить [с султаном] слишком часто о важных вопросах и государственных делах». Подобная осмотрительность была направлена на то, чтобы не лишиться благоволения султана, который не собирался зависеть от женщин.

Во время правления Ахмеда Кёсем не имела особого влияния в политической сфере. После смерти султана в 1617 году на трон посадили его брата Мустафу I, который вопреки традициям османского двора не был убит в тот момент, когда его старший брат взошёл на престол. Подобный факт объясняют тем, что Мустафа был умственно отсталым или, по крайней мере, страдал расстройством психики, а также заботой о судьбе династии (когда Ахмед стал султаном, у него ещё не было детей, а значит его смерть грозила прервать династию). Согласно некоторым данным (происходящим, как обычно, от венецианских послов), Мустафу от смерти спасла Кёсем, которая надеялась тем самым спасти и своих детей от весьма вероятного убийства[12].

Кёсем была отправлена в старый дворец. Уже в следующем году Мустафа был смещён, хотя и не был убит. Султаном стал 14-летний сын Ахмеда Осман, в целом успешное правление которого прервалось в 1622 году, когда в результате мятежа янычар он был схвачен и убит. Султаном снова стал Мустафа, хотя он и заявлял о нежелании править.

В следующем году в результате очередного государственного переворота на престоле оказался Мурад. Так как подозрение в организации переворота и пролитии крови султана пало на Кёсем, ей пришлось оправдываться перед судьями. Будучи матерью нового падишаха, Кёсем возвысилась до ранга валиде и переехала из старого дворца в дворец Топкапы. Мурад IV стал султаном в возрасте всего одиннадцати лет, в связи с чем до 1632 года фактически вся власть была в руках у Кёсем и её партии. Сама Кёсем официально носила титул регента[13].

После смерти не имевшего детей Мурада IV в 1640 году ему наследовал единственный из доживших до этого времени братьев — Ибрагим[14]. В первые годы его правления власть снова находилась в руках Кёсем. В дальнейшем отношения между матерью и сыном испортились. После очередного устроенного янычарами переворота и убийства Ибрагима в 1648 году роль Кёсем снова возросла — на трон был посажен Мехмед, сын Ибрагима от одной из жён — Турхан[15]. Первые годы правления Мехмеда ознаменовались бесконечными интригами на фоне противостояния Кёсем и Турхан. В 1651 году Кёсем была убита, в её смерти часто обвиняют Турхан.

Турхан[править | править код]

Турхан является последней валиде периода султаната женщин. Ибрагим умер, когда его старшему сыну было всего 6,5 лет. С правлением Мехмеда Турхан должна была получить титул валиде. Однако из-за своей молодости и неопытности Турхан не стала валиде, а её место заняла Кёсем. Вместе с восстановлением титула Валиде Кёсем получила и титул регента при малолетнем султане. Но Турхан оказалась слишком честолюбивой женщиной, чтобы потерять такую высокую должность без борьбы. В 1651 году Кёсем была убита, в её смерти часто обвиняют Турхан. Со смертью своей конкурентки Турхан стала валиде. Как регент, она руководила огромной Османской империей до совершеннолетия своего сына. Именно по её инициативе великим визирем стал Мехмед Кёпрюлю.

Турхан была большим «строителем» империи. Её первый проект начался в 1658 году. Турхан построила две крепости вблизи входа в Дарданеллы. Этот проект поставил Турхан на ту же ступень, что и Мехмеда Завоевателя и других султанов, которые построили крепости в том же самом районе. Однако наибольшего признания Турхан добилась, достроив в Стамбуле Новую Мечеть. Строительство этой мечети начала Сафийе Султан. После завершения строительства в 1665 г. комплекс, в который входила не только мечеть, но и школа, общественные бани, рынок и кладбище, получил славу первой Имперской мечети, построенной женщиной.

Причины окончания женского султаната[править | править код]

После свержения Мехмеда IV на трон взошёл его брат Сулейман II. Он и последующие султаны оказывались на троне уже в зрелом возрасте. Таким образом, необходимость в валиде-регенте отпала сама собой. К тому же к моменту восшествия сына на престол валиде были либо мертвы, либо находились в преклонном возрасте, не позволявшем им вмешиваться в дела государства. Влияние и значимость валиде ослабли.

К тому же с возвышением Кёпрюлю ведение большинства дел было передано великому визирю и другим сановникам. На смену женскому султанату пришла эра семейства Кёпрюлю.

Основания для нелюбви к правящим женщинам были не беспочвенны. Бывшие когда-то рабынями и возвысившиеся до статуса валиде женщины-регенты зачастую не были готовы вести политические дела. В их обязанности входило назначение на важные государственные должности, такие как должность великого визиря и главы янычар. Полагаясь на своих приближённых, султанши часто делали ошибки. В султанате процветало кумовство. Женщины основывали выбор протеже не на их способностях или преданности династии, а на этнической лояльности. Другой причиной послужила частая смена великих визирей. Продолжительность их пребывания на посту в начале XVII века составляла в среднем чуть больше года. И как следствие в управлении империей возникла политическая раздробленность и хаотичность[16].

С другой стороны, женское правление имело и свои положительные стороны. Оно позволило сохранить имевшийся монархический порядок, основывавшийся на принадлежности к одной династии всех султанов. Личные недостатки или некомпетентность султанов (таких как душевнобольной Мустафа I, жестокий Мурад IV и полубезумный и расточительный Ибрагим I) компенсировались силой их женщин или матерей. Женский султанат ослабил власть султана, сделал её более кооперативной и бюрократичной[17].

  1. 1 2 İlber Ortaylı. Tarihimiz ve Biz. — Timaş. — 119 с.
  2. İlber Ortaylı. Son İmparatorluk Osmanlı. — İstanbul: Timaş, 2012. — С. 78. — 208 с. — ISBN 975-263-490-7.
  3. Ahmet Refik Altınay. Kadınlar Saltanatı. — Tarih Vakfı Yayınları, Mayıs 2005. — ISBN 975-333-192-4.
  4. Leslie P. Peirce. The Imperial Harem. Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. — Oxford University Press, 1993. — ISBN 978-0-19-508677-5.
  5. ↑ Женский Султанат (1541—1687)
  6. Caroline Finkel. Osman's dream: the story of the Ottoman Empire, 1300-1923. — John Murray Publishers Ltd, 2005. — ISBN 0-7195-5513-2.
  7. Lucienne Thys-Senocak. Ottoman Women Builders: The Architectural Patronage of Hadice Turhan Sultan (Women and Gender in the Early Modern World). — Ashgate Publishing, 2007. — ISBN 0-7546-3310-1.
  8. Rüknü Özkök - Mustafa Barış Özkök. Malazgirt'ten Dumlupınar'a. — С. 150. — ISBN 978-605-111-252-7.
  9. ↑ Peirce L. P. The Imperial Harem: Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. — New York: Oxford University Press, 1993. — P. 94.
  10. ↑ Peirce L. P. The Imperial Harem: Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. — New York: Oxford University Press, 1993. — P. 95.
  11. 1 2 Peirce L. P. The Imperial Harem: Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. — New York: Oxford University Press, 1993. — P. 105.
  12. ↑ Peirce L. P. The Imperial Harem: Women and Sovereignty in the Ottoman Empire. — New York: Oxford University Press, 1993. — P. 106.
  13. Фрили Дж. Тайны османского двора. Частная жизнь султанов. — Смоленск: Русич, 2004. — С. 172.
  14. Rüknü Özkök - Mustafa Barış Özkök. Malazgirt'ten Dumlupınar'a. — С. 182,183. — ISBN 978-605-111-252-7.
  15. ↑ Gelişim Hachette Ansiklopedisi. — Т. 9. — С. 3096.
  16. Josef Matuz. Das Osmanische Reich. Grundlinien seiner Geschichte. — Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 2008. — С. 136, 169.
  17. Daniel Goffman. The Ottoman empire and early modern Europe. — Cambridge: Cambridge University Press, 2004. — С. 63.
  • Lord Kinross. Osmanlı İmparatorluğu'nun Yükselişi ve Çöküşü. — İstanbul: Altın Kitaplar, 2008. — 233, 274, 296-304 с.
  • Prof Yaşar Yücel-Prof Ali Sevim. Türkiye tarihi. — İstanbul: Atatürk Kültür Dil ve tarih Yüksek Kurumu yayınları. — Т. 2. — С. 298.
  • Prof Yaşar Yücel-Prof Ali Sevim. Türkiye tarihi. — İstanbul: Atatürk Kültür Dil ve tarih Yüksek Kurumu yayınları. — Т. 3. — С. 18, 29, 42, 106-109.
  • Jean Paul Roux (Türkçesi:Prof Aykut Kazancıgil, Lale Aslan Özcan). Türklerin Tarihi. — İstanbul: Kabalcı yayınevi, 2004. — С. 403.
  • Encyclopaedia Britannica. — Expo 70 ed., William Benton pub. — Т. 19(стр. 876), 13(стр. 478), 22 (стр. 274).

Флаг Османской империи — Википедия

Флаг Османской империи в 1914

Флаги османской эпохи использовались правящими султанами Османской династии. В Османской империи за годы её существования использовались различные флаги, и султан также использовал разные личные флаги для разных случаев. Из-за сложной социально-политической организации в Османской империи на протяжении большей части её истории одного надлежащего национального флага не было до 1844 года. В 1844 году в рамках реформы Танзимата, был принят первый официальный государственный флаг империи. Этот флаг, содержащий пятиконечную звезду и полумесяц, лёг в основу современного флага Турецкой республики . Полумесяц и звезда на Османском флаге были толще, чем в его нынешнем виде.

Ранним периодом Османской империи считают период до взятия Константинополя в 1453 году. Осман I, основатель османского могущества, был провозглашён главой племени кайи. Этот титул он унаследовал от своего отца Эртогрула, а тот, в свою очередь — от Сулейман Шаха.

Его сын Орхан I женился на византийской принцессе и считал своё государство преемником Византийской империи. Флаг при нем объединил черты византийского и кайи.

Внук Османа Мурад I отбросил претензии на преемственность от Византии, провозгласив Османскую империю. В качестве флага он выбрал красное полотнище, хотя оно не имело отношения к традиционным племенным цветам (белый и золотой) и популярным тюркским цветам (обычно синий, белый и золотой). Возможно, на выбор повлияла связь данного цвета с римлянами.

В это время флаг изменялся мало, на красное полотно был добавлен золотой полумесяц. Постепенно флаг становится прямоугольной формы.

Одни источники указывают, что полумесяц, считающийся традиционным символом султана, появился на турецких флагах в середине XV в. после победной битвы при Косовом поле, другие уточняют, что он был заимствован с эмблемы взятого в 1453 г. Константинополя (ныне Стамбул), третьи напоминают, что изображение полумесяца со звездой Юпитера считалось гороскопом султана Османа (правил в конце XIII — начале XIV вв.) и было родовой эмблемой его династии.

Вместе с контролем над Константинополем и Босфором к османам пришли новые коммерческие возможности и новые угрозы из Венеции и Генуи, которые опасались за свои интересы и колонии в Эгейском и Чёрном морях. В это время на османских судах начинают появляться идентифицирующие морские флаги, в том числе обозначающие команды судов, а также набор торговых флагов для каждой из религиозных групп страны, для каждой из которых существовала разная система налогообложения, в частности евреи и христиане империи подвергались дополнительным налогообложением.

С завоеванием Сирии и Египта, возникла необходимость в новом флаге империи. Султан уже не является ромейским преемником в большинстве христианских земель, но оставался султаном Египта и халифом Ислама. Был удалён с флага византийский крест, и помещен зелёный прямоугольник, цвета ислама и пророка Мухаммеда. На зелёном поле размещалось три полумесяца, которые представляли три титула и три континента, на которые распространялась власть дома Османов — они правили в Африке Египтом, в Азии бывшими территориями халифата, в Европе Румом.

После Танзимата (1844—1923)

Флаг османского флота был сделан красным. Красный должен быть в светских учреждениях, а зелёный в религиозных. Все религиозные учреждения были «отделившимися», но в то время халиф всё ещё сохранял религиозную роль. Флот прошёл через радикальные реформы, но это было ничто по сравнению с реформами армейскими. Армия была полностью перестроена. Янычары были расформированы, и многие из них были убиты, когда они сопротивлялись модернизации. Империя была централизована. Новый флаг был разработан чтобы заменить все флаги на один-единственный национальный флаг. Результатом стал красный и белый флаг с полумесяцем и звездой, который является предшественником современного турецкого флага. Секуляризация сделала религии равными по закону, отказ от сложной иерархии религии в связи с налогообложением и торговыми операциями.

После распада Османской империи и основания Турецкой республики новое турецкое государство сохранило последний флаг империи 1844 года, но ввело пропорциональную стандартизацию. Флаг Турции несёт на красном фоне белый полумесяц и пятиконечную звезду с определённой геометрической пропорцией, которая была окончательно установлена с 1936 года.

На штандарте изображалась тугра султана, часто на розовом или ярко-красном фоне.

Флагштоки были часто дополнены полумесяцем, головой волка, конским хвостом или коробкой с листами Корана.

Want to say something? Post a comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *