Вуду символика: Следствие и суд: Силовые структуры: Lenta.ru

Содержание

Венесуэла после Чавеса — нищета, насилие и культ Вуду. Наш человек в Каракасе испытал это на своей шкуре

Репортаж из страны, где в магазинах нет даже хлеба, где полиция боится бандитов, где строили социализм. Хотели достичь всеобщей справедливости и как можно быстрее. Не получилось.

За пять минут до того, как вооруженные люди заставили съемочную выйти из машины и потребовали удалить запись, журналисты снимали доведенных до отчаяния врачей. В больницах Каракаса из антибиотиков только пенициллин. Рентген не работает, бинтов и ваты нет, йод закончился, и даже воды не хватает. И так по всей стране. За полтора года детская смертность в Венесуэле выросла в 100 раз.

«У нас нет ничего, чтобы помочь астматикам, да и много кому еще! Операционные простаивают. Часто дети поступают в критическом состоянии, а мы ничего не может сделать. Мы знаем, что делать, но нам нечем работать», — говорит врач больницы Морис Валентинос.

Митинг разогнали, но показать это мы вам не можем. Видео с нападением на врачей журналисты стирали под дулом пистолета. Местные журналисты, видевшие, как все было, назвали это «похищением»: «Сегодня утром группа вооруженных людей, предположительно «коллективос», похитила двух репортеров российского «Первого канала», которые снимали материал о кризисе в сфере здравоохранения. На данный момент местонахождение журналистов неизвестно».

Нападавшие молодчики — так называемые «коллективос», вооруженные сторонники президента Мадуро. Неформальная организация, полномочия которой де-факто не ограничены ничем. Промышляют грабежами, а за действующую власть готовы преследовать и убивать всех недовольных. А таких в Венесуэле все больше.

Тысячи людей поднимают голодные бунты, грабят магазины и нападают на полицейских, миллионы выходят на протестные митинги.

К демонстрантам присоединились даже аполитичные «маландрос» — грабители на мотоциклах, которые, впрочем, свое дело не оставляют даже во время протеста – на кадрах видно, как один из протестующих отнимает сумку у прохожего. Полиция на такие вещи давно не реагирует, но «маландрос» все равно недовольны, ведь в нищей стране и грабить некого.

«Президент Мадуро, будь проклята твоя мать, мы даем тебе 72 часа, а потом убирайся вон. То, как мы живем, — это просто издевательство. Ты должен уйти, иначе мы прикончим тебя и всю твою семью», — заявил один грабителей.

И это — не пустые угрозы. Уличные банды захватывают целые районы и города. Путешествие за пределы Каракаса на машине гарантирует встречу с теми, у кого в руках вот такой аргумент.

Члены съемочной группы — первые за полгода иностранцы, которых Хуан везет по Каракасу. Клиентов почти нет: рабочая неделя в стране официально сокращена до двух дней.

«У меня все дети учились в университете, я за каждого платил! Мы отлично жили, каждый год ездили всей семьей в отпуск. А сейчас мне даже на ремонт машины не хватает», — рассказывает таксист Хуан Ариас.

Боливарианская революция, названная в честь национального героя-освободителя Симона Боливара, зашла в тупик. Ее вождь Уго Чавес обещал социализм с человеческим лицом — конец бедности, стабильную валюту и процветание. И эффект был, пока цены на нефть росли.

Харизматичный лидер Чавес все успехи наивно объяснял плановой экономикой, замешанной на идее классовой борьбы и противостояния мировому империализму. До нефтяного кризиса команданте не дожил. И чем отчаяннее его преемник Николас Мадуро пытается удержать страну на плаву, тем крепче чувства электората к прежнему лидеру. Популист-Чавес подкреплял свои обещания нефтедолларами. А бывший водитель автобуса Мадуро — профсоюзный выдвиженец — так и не разобрался, что делать, когда деньги кончились, и где их найти, если прежде они сами текли рекой, а теперь поток иссяк.

Вечный огонь у мемориала Уго Чавеса — одно из самых посещаемых мест в Каракасе. Сотни экскурсий каждый день, венесуэльцам с юных лет объясняют: Симон Боливар — отец нации, а Уго Чавес – его правая рука. Многочисленные граффити на стенах дополняют картину. Общий смысл: команданте жив, борьба продолжается.

В декабре Хильде де Ариа исполнится 100 лет, но к мемориалу команданте она приходит каждый день. Помолиться и Христу, и ему — спасителю Венесуэлы.

«Уго Чавес был величайшим человеком, он заботился о каждом из нас. Так считаю не только я, это вам скажет любой венесуэлец», — говорит Хильда Кольминаре де Ариа.

Жесткий контроль над бизнесом, огромные расходы на социальные программы и так называемая «нефтяная дипломатия».

Не сказать, чтобы президент Мадуро отступил от главных идей чавизма. Отличие лишь в том, что Уго Чавес, активно торгуя с американцами, все равно сравнивал президента США с дьяволом, а нынешнее правительство Венесуэлы дает понять, что не против с этим дьяволом заключить сделку на любых условиях. Этим летом Каракас несколько раз настойчиво предлагал Вашингтону восстановить дипотношения.

«США – важнейший партнер Венесуэлы. Значительная часть нашей нефтедобывающей индустрии ориентирована на поставки в эту страну. В прошлом у нас были большие разногласия, но нынешнее правительство хотело бы разрешить их как можно скорее», — заявил депутат Национальной ассамблеи Венесуэлы Эрнан Феррер.

Такую смену курса приняли далеко не все. Тем, кто живет за чертой бедности, а это 90 процентов населения, не по душе и то, что страна продолжает выплачивать гринго миллиарды долларов по внешнему долгу.

Башня Давида – знаменитый долгострой в самом центре Каракаса, долгое время была захвачена выходцами из трущоб. Это было настоящее гетто для преступников всех мастей, но недавно полиция освободила небоскреб от его обитателей, и бездомные жители Каракаса – сотни тысяч человек, восприняли это как предательство со стороны властей.

Сюда переезжали из нищей провинции и городских окраин, где кризис почувствовали раньше. В Башне Оскар прожил два года, но весной ему указали на дверь.

«У нас теплый климат, поэтому стены не так важны, как крыша – она же защищает от дождей. А нас взяли и вышвырнули на улицу. У нас нет еды, нам холодно, наши дети живут в грязи, а власть закрывает на все глаза», — рассказывает Оскар Рамос.

Венесуэльский кризис уже сравнивают с Великой депрессией. И пока власти принципиально отказываются от международной помощи, каждый выживает, как может.

«Можно жить по закону, но так долго не протянешь: умрешь либо от голода, либо от чего еще похуже», — сказал Августо.

Пустые пляжи – с начала года здесь убиты 26 отдыхающих — и закрытые отели. Символы успешной Венесуэлы уходят в прошлое. Даже такие красивые. По числу завоеванных титулов «Мисс-мира» страна – на первом месте, но сегодняшние «мисс» мечтают о красивой жизни вдали от родины.

«Великая актриса или всемирно известная телеведущая – вот, о чем мечтали все девочки в этой стране. Сейчас все хотят одного – уехать. Победа в конкурсе дает шанс найти работу за границей, у нас-то тут фильмов уже практически не снимают. Куда идти всем этим актрисам?» — сказала победительница конкурса «Мисс-Каракас-2012» Мари Арсинья-Харп.

С наступлением сумерек они выходят на работу. По количеству проституток Каракас опережает даже более крупные столицы соседей – Боготу и Сантьяго. За вечер эти девушки зарабатывают около 20 тысяч боливаров – это примерно 20 долларов США. Столько же получает «Мисс-Каракас» за фотосессию.

Все запретное становится явным. Светлые одежды и черная магия – это сантерия, завезенный в католическую Венесуэлу африканский культ вуду. О жертвоприношениях местных колдунов ходят мрачные легенды. Нам позволяют снять лишь часть ритуала – воскресный обед. На столе жареная курица — невиданная роскошь.

Кульминация любого обряда сантерии – предсказание будущего. Мы принесли с собой плакат с Уго Чавесом как символ Венесуэлы, чтобы узнать, что же ждет эту страну. Тем более что наш сегодняшний оракул работал личным охранником команданте.

Оракул бросает ритуальные монеты, и выпадает только одна черная метка – врагам Венесуэлы. То есть жизнь скоро наладится. Но прогнозы экономистов с таким предсказанием расходятся. В следующем году инфляция в стране превысит 1600 процентов.

Был олимпийцем — стал фермером. Легкоатлет Убер Коронадо выращивает овощи на крыше дома своего. К этому жителей голодающей столицы призывают власти. Городское сельское хозяйство в целом прижилось не особо, но своим Убер гордится. Тропические деревья плодоносят круглый год, а на столе всегда есть кукурузная лепешка. Имеется у бывшего спортсмена и кое-что на продажу.

«Марихуана! Растение, которым наши предки лечили ревматизм. Но сейчас она совсем не для этого нужна тем, кто покупает», — говорит Убер Коронадо.

Районные власти и полиция знают, что растет здесь в тени авокадо и манго. Но в сравнении с вооруженными головорезами, спекулянтами на черном рынке и миллионами голодных бунтарей, запретные кусты Убера — сущие пустяки. И до них дело дойдет не раньше, чем власть решит главные проблемы. Но это, считает улыбчивый легкоатлет, фермер и наркоторговец, случится еще очень нескоро.

«Золотая маска» предъявила необыкновенные преображения «Орлеанской девы» — Российская газета

На фестивале «Золотая маска» челябинский Театр оперы и балета показал «Орлеанскую деву» под названием «Жанна Д’Арк» — и тем слегка запутал зрителя, знакомого с одноименной оперой Верди. Перемена названия, вероятно, понадобилась для того, чтобы самое монументальное создание Чайковского максимально облегчить, освободив от лишнего пафоса.

«Орлеанская дева» всегда была камнем преткновения для театров — казалась громоздкой, перенасыщенной патетикой и лишенной традиционной для Чайковского лирики; ее вокальные партии входят в ряд самых трудных, громадная роль отведена хору, что сближает ее с традициями Верди. Наконец, там есть батальные сцены — самый крепкий орешек: когда на сцену являются мечи и копья, в зале неизбежно слышен шорох картона. Всерьез это ставить уже невозможно, нужна спасительная условность.

«Золотая маска» позволяет хотя бы раз в год увидеть реальную панораму театральной России

Молодой московский режиссер Екатерина Васильева предлагает подобие шоу-игры. Внешнее сходство средневекового антуража с абрисом шахматных фигур дает стартовую идею художнику Софье Кобозевой: перемещение толп среди игрушечных лилипутских макетов, обозначающих дома и замки; анимация на заднике изображает руку, передвигающую на доске фигурки; проекция сцены, увиденной из-под колосников, дает ракурсы необычные и выразительные. Весьма экономный в использовании оригинального музыкального материала спектакль расщедрился на большую хореографическую сцену пламенеющего Танца шутов (хореограф Юрий Смекалов), где вкратце предсказана трагическая судьба Иоанны. Пожалуй, не без странностей решена цветовая гамма: доминируют черно-багровые тона крови и смерти, но главный акцент приходится почему-то на ярко-красные чулки отца Иоанны мсье Тибо, напоминающие скорее о Мальволио из «Двенадцатой ночи», и на гротескную фигуру некоего плюшевого существа, тоже в красном, которому отведена неопределенная роль из какой-то другой оперы. Рыдающая скрипками и звенящая медью героика партитуры переведена в регистр языческой мистики с помощью тряпичных кукол вуду, играющих в спектакле важную символическую роль. Уже в первом акте на задник спроецируют фигуру рыжеволосой Иоанны, распростертой на полу в позе распятия и для непонятливых снабженной исполинскими крыльями ангела. А затем об этом распятии будут карикатурно напоминать рыжеволосые вуду, угрожающе растущие от сцены к сцене, и в финале фигура живой Иоанны сольется с огромной надувной куклищей, которую и сожгут на костре.

Хотя батальные сцены все равно остались игрушечно картонными, в целом зрелище смотрится с любопытством: оно достаточно динамично, а беспощадные купюры делают оперу компактней — цель приблизить самое непокорное творение Чайковского к современному торопливому зрителю как будто бы достигнута. Но именно «как будто бы»: игра в символику странным образом сблизила средневековую легенду о народной героине Франции с детской комнатой, где ребятишек развлекают кубиками и куколками, пока взрослые заняты серьезным делом. Беда в том, что в этой детской комнате с картонажными мечами-копьями в результате оказались мы, зрители, — а шиллеровские страсти бушуют где-то за пределами зала, доносясь сюда только трагическими взрывами оркестра и сильным, ярким меццо выдвинутой на «Золотую маску» Анастасии Лепешинской — исполнительницы партии Иоанны.

Эту игровую стихию, которая подчистую снесла все сколько-нибудь значительные смыслы оперы, адаптировав их для прилежных зрителей телешоу, легче всего объяснить молодостью режиссера, инстинктивным стремлением все на свете воспринимать в дискотечных цветных сполохах. К тому же — молодая, готовая к непочтительно дерзким решениям труппа, вполне способная восприниматься в молодежной аудитории своей, близкой и понятной. На самом деле все это лишь утешительные теории, когда «сверхзадача» творческой затеи в стремлении угодить публике уходит слишком далеко от оригинала. Современные сценические технологии тоже полны соблазнов — но здесь они использованы почти независимо от музыки Чайковского. Примерно так, как изображение поющей Иоанны на компьютерном заднике лишь приблизительно синхронизировано с артикуляцией реальной актрисы на авансцене и со звуками ее голоса. Екатерина Васильева признавалась, что не смотрит другие постановочные версии, — вне современного контекста спектакль вышел неофитски наивным.

Неровен его музыкальный уровень: киксует медь, не всегда дисциплинирован хор, некоторые вокальные номера стоило бы присовокупить к уже сделанным купюрам — они заставляют страдать и артистов и публику. На этом фоне особенно рельефным выглядит главное открытие вечера — талантливая Анастасия Лепешинская: она не только успешно одолела вокальные трудности партии, но даже в антураже игротеки сохранила драматизм развития образа Иоанны.

Фестиваль «Золотая маска» не устают упрекать за неточности отбора, его экспертов вечно подозревают едва ли не в заговоре против здравого смысла. На самом деле его миссия сегодня бесценна: он позволяет хотя бы раз в год увидеть реальную панораму театральной России. В условиях упраздненных гастролей — былых «творческих отчетов», и при полном безразличии нашего телевидения к культуре — это сегодня единственная возможность для театров посмотреть друг друга, а столичной публике — убедиться, что огромная страна по-прежнему щедро генерирует таланты. Весьма пестрая картина оперной России этого года одновременно и удивляет, и огорчает, и радует, и дает надежду.

Концы в вуду – Коммерсантъ Санкт-Петербург

В нашем прокате появилась французская «Малышка зомби». За тем, как режиссер Бертран Бонелло прихотливо соединяет роман воспитания, политическую сатиру и зомби-хоррор, наблюдал

Андрей Плахов.

Фильм монтируется из двух параллельных реальностей. В одной предаются типичным девичьим занятиям студентки элитарного интерната, основанного еще Наполеоном. Обсуждают мужскую привлекательность учителей, слушают франкоязычный рэп и устраивают тайные ночные сходки при свечах. Отпрыски благородных семейств не сразу решаются принять в свой «клуб» креолку Мелиссу (Висланда Луима), но у той есть неопровержимый аргумент: ее мать — обладательница ордена Почетного легиона. Другая героиня, Фанни (Луиза Лабек), похожа на принцессу-белоснежку; она грезит о своем неземной красоты принце по имени Пабло, видит его с обнаженным торсом в сказочном лесу и остро переживает разрыв с возлюбленным. Фанни вспоминает рассказ Мелиссы о ее гаитянской тетке, практикующей ритуалы вуду,— и бросается очертя голову в омут чужой, влекущей и опасной культуры.

В другой реальности фрагментарно представлена тяжкая жизнь обитателей Гаити — одной из самых катастрофичных стран мира. По злой иронии судьбы, именно она первой после США в Западном полушарии завоевала независимость от Европы — как раз во времена Наполеона. Но это не принесло счастья стране — вечной жертве нищеты, стихийных бедствий и террора. Мать Мелиссы, отличившаяся в борьбе с режимом диктатора Дювалье, увы, погибла в апокалиптическом землетрясении. А дед испытал на себе особо изощренное, чисто гаитянское издевательство: в 1962 году его наполовину умертвили, потом наполовину оживили, превратили в зомби и заставили вкалывать рабом на плантации. Деда звали Клервиус Нарцисс (в его роли — Макенсон Бижу), он самый прославленный зомби мира, вдохновлявший в том числе и кинематографистов — Уэса Крейвена и Джорджа Ромеро. Впрочем, еще задолго до зомбирования Нарцисса, в 1943 году, появился фильм Жака Турнера «Я гуляла с зомби», который тоже послужил источником инспирации для Бонелло.

Среди прочего его юные героини обсуждают фильмы про зомби и подмечают, что в старых картинах зомби двигались медленно, словно полуживые, а в новых — носятся как угорелые. Вывод следующий: «Все движется быстрее сейчас, зомби тоже». Но к фильму Бонелло это не относится, он развивается без суматохи, подчиняясь гипнотической логике сна, под красивый саундтрек, частично написанный самим режиссером. В этом сне рассыпано много деталей, говорящих о французском шовинизме, который ухитрился приватизировать даже понятие революции: данную скользкую тему иллюстрирует лекция, которую читает историк Патрик Бушерон, играющий как бы самого себя и изображенный режиссером не без толики яда. В интернате культивируются героические подвиги прошлого, в то время как о преступлениях колониализма предпочитают молчать. Однако если картину и можно рассматривать как метафору расплаты за колониальные грехи, она, как бы ни пыталась выглядеть интеллектуальной, на самом деле инфантильна и простовата.

Может, это и неплохо, если считать ее целевой аудиторией школьную молодежь, а жанром — модернизированный роман воспитания. Но Бонелло претендует на большее, о чем свидетельствует его предыдущий фильм — «Ноктюрама», юные герои которого, не удовлетворенные состоянием общества, видят единственный способ насолить ему в терроре. Они организуют серию одновременных взрывов в Париже: горят министерство внутренних дел, крупный бизнес-центр и золоченая статуя Жанны д’Арк. Потом скрываются на ночь в универмаге «Самаритэн», забитом брендовыми тряпками и жратвой, и постепенно поддаются соблазнам ненавистного общества потребления.

В «Малышке зомби» есть след этой темы: в одной из песенок, которыми увлекаются элитарные девушки, иронически упоминаются «лабутены» — символ прожженной буржуазности. Всем своим строем фильм поддерживает этот антибуржуазный тон, но, как и его героини, остается в плену милой, симпатичной, игрушечной левизны. Интерес и стремление прикоснуться к «чужому» — в данном случае к «инфернальной», обжигающей гаитянской культуре — неглубоки. Мы далеки от того, чтобы уличать Бонелло в ксенофобии,— нет, его замысел чист и благороден. Просто ему не хватает художественного объема, который присущ иммигрантским сагам Педру Кошты или антропологическим штудиям Клер Дени, которая исследует как культурологическую оппозицию черный и белый «материал». Бонелло же предлагает модифицированный вариант школьной лекции — ликбез в жанре, музыке и цвете.

Скрытый символизм: зачем Меган Маркл надела на интервью с Опрой платье Armani за $4700

Члены королевской семьи, звезды, которым не привыкать к красным ковровым дорожкам, и избранные должностные лица часто используют одежду, чтобы выразить нечто гораздо большее, чем склонность к дизайнерской моде.

Со стороны Меган Маркл и принца Гарри было бы неразумно не подумать о нарядах для двухчасового интервью CBS с Опрой Уинфри, которое транслировалось почти в 70 странах и в воскресенье вечером привлекло к экранам около 60 млн зрителей по всему миру.

На первый взгляд черное платье Маркл с абстрактным белым узором на плече — это просто красивое, сдержанное платье, которое придавало героине степенный вид. Но наряд приобретал совершенно иное значение по мере того, как Маркл и принц Гарри рассказывали о новых подробностях своей жизни во дворце — откровения пары произвели эффект взорвавшейся бомбы.

«Я не видела паспорта и ключей с тех пор, как стала членом семьи»: главное из интервью Опры с Меган Маркл и принцем Гарри

Реклама на Forbes

Среди взрывоопасных тем звучали обвинения в том, что члены королевской семьи выражали озабоченность по поводу цвета кожи их еще не родившегося ребенка, а также нежелание семьи обеспечивать безопасность или защищать Меган от жестоких и расистских репортажей таблоидов. Меган заявила, что из-за общей ситуации у нее возникали суицидальные мысли.

С каждым новым откровением контраст темного шелка и белого цветочного узора приобретал все большее значение. Для интервью герцогиня Сассекская надела шелковое платье от Giorgio Armani за $4700. Платье в стиле ампир украшено белым узором из цветов лотоса, вышитым от правого плеча до середины талии. Гарри выбрал для себя базовый американский образ: светло-серый костюм без галстука от J. Crew Ludlow за $650 и отглаженная белая рубашка.

Меган Маркл выбрала этот ансамбль, потому что лотос символизирует просветление, восстановление и возрождение

Как сообщает Town & Country, Маркл выбрала этот ансамбль, потому что лотос символизирует просветление, восстановление и возрождение. Согласно толкованию Института Азии и азиатских диаспор Бингемтонского университета, цветок лотоса — это «безупречная метафора состояния человека: даже когда его корни находятся в самых грязных водах, лотос порождает прекраснейшие цветы».

Уоллис Симпсон (справа) на культовом портрете, сделанном за неделю до отречения короля Эдуарда VIII.·Getty Images

Наряд Маркл включал в себя и другие яркие детали. Нельзя не отметить элегантность ее аксессуаров, в особенности бриллиантовый браслет Cartier Love, который когда-то принадлежал покойной принцессе Диане. Кроме того, она надела серьги с голубыми топазами канадского бренда  Bijoux Birks (как сообщает WhoWhatWear, герцогиня часто выбирает украшения этой фирмы) и ожерелье от британского дизайнера Пиппы Смолл. Образ дополнили черные лодочки от Aquazzura за $695.

Браслет Cartier стал не единственным напоминанием о печальном прошлом королевской семьи. От черно-белого платья с цветочным узором до прически с пробором — многие наблюдатели отмечали поразительное сходство между Маркл и портретом Уоллис Симпсон. В 1936 году король Эдвард VIII (двоюродный дед принца Гарри) отрекся от престола, чтобы жениться на американской светской львице, которая к тому времени была разведена. Разумеется, Маркл тоже американка и тоже ранее состояла в браке.

Netflix, Spotify и публичные выступления: сколько стоят принц Гарри и Меган Маркл

Супруги рассказали Опре, что все, что они, по их словам, пережили, побудило их покинуть королевскую семью — Гарри назвал этот шаг «жестом отчаяния», вызванным расизмом, с которым его семья столкнулась в Великобритании. Несмотря на «Мегзит», супругам открыта масса возможностей.

Forbes оценивает их состояние в $10 млн. В августе супруги приобрели новый особняк стоимостью $14 млн в Санта-Барбаре, а в сентябре заключили пятилетний контракт с Netflix на $100 млн на производство документальных и иных передач.

Обычно будущие матери выбирают яркие цвета и легкие цветочные паттерны для детских праздников и объявлений пола

Интервью с Опрой сопровождалось и объявлением пола будущего ребенка. Супруги сообщили, что ждут дочку. У них уже есть сын Арчи, которому в мае исполнится два года. Обычно будущие матери выбирают яркие цвета и легкие цветочные паттерны для детских праздников и объявлений пола, однако темный наряд Маркл многое говорил о ее опыте молодой матери в кругу родственников мужа, которые ее сторонились. Супруги открыто рассказали о том, как Гарри пришлось вернуться домой в Лондон, когда он увидел, как Маркл плачет, пока кормит грудью первого ребенка.

«Пренебрежительно к ней относились даже слуги». Как новая книга про принца Гарри и Меган Маркл переписывает историю «Мегзита»

«Я была официанткой, актрисой, принцессой, герцогиней. Я всегда оставалась просто Меган, так? Поэтому я хорошо понимаю, кто я, я не завишу от всего этого. И главный титул, которым я когда-либо обладала или буду обладать, — это «мама», — сказала она в интервью.

Хотя интернет-пользователи по-разному отреагировали на ее рассказ, можно с уверенностью сказать, что она покорила мир блогов о материнстве. Как пишет ScaryMommy, «Меган Маркл подает пример женщинам и матерям. Она знала, что нуждается в помощи, она попросила о ней, а потом покинула токсичную среду… Мы на стороне Меган». Когда Опра предположила, что Маркл добилась счастливого завершения своей истории, герцогиня ответила: «Это лучше, чем любая сказка, какую вы только читали».

Перевод Натальи Балабанцевой

Золотое детство. Как воспитывают детей в монарших семьях

5 фото

как законы влияют на свободу слова

«Закон о власти»: почему в России нельзя оскорблять только президента

Когда в России заговорили о планах принять закон, запрещающий оскорблять власть, многие граждане стали переживать, что в стране ограничивают свободу слова и теперь они не смогут критиковать даже местных чиновников. Но все волнения оказались напрасными. По мнению Дмитрия, в нынешних условиях этот закон работает исключительно в отношении Президента Российской Федерации. 

Владимир Владимирович между слов сказал, что власть в стране только одна, все остальное — лишь элементы, детали, которые назначает эта система. Поэтому сегодня под этим законом применяется только оскорбление президента. Ни один губернатор, ни один глава города не может пользоваться этим закономюрист Дмитрий Григорьев

В законе о запрете оскорбления власти нет ничего страшного, он существует во многих странах мира. Но не стоит забывать, что Декларация о правах человека призывает политиков быть терпимее к критике от СМИ, публичных лиц и простых граждан. Правда, быть проще и снисходительнее получается далеко не у всех политических деятелей. 

К примеру, одно из издательств Франции после победы Николя Саркози на президентских выборах в 2008 году выпустило книгу «Николя Саркози: руководство по вуду», к которой прилагалась кукла вуду с лицом главы государства. Тогда французский президент подал в суд и потребовал убрать с прилавков магическую игрушку со своим изображением. Суд ответил ему отказом, обосновав это тем, что французское правосудие в магию не верит. 

Чувства верующих и как храм Христа Спасителя чуть не стал коммерческой организацией

Другой закон, который также вызывает бурные реакции у большинства россиян и создает поводы для дискуссий, — закон об оскорблении чувств верующих. Дмитрий напомнил, что причиной его создания стал перформанс панк-рок-группы Pussy Riot. В 2012 году участницы группы решили организовать свое выступление в храме Христа Спасителя, кафедральном соборе Русской православной церкви, чем вызвали негодование многих граждан, особенно верующих христиан. 

Решение провести шоу в храме было ошибкой, подчеркивает юрист. В обществе существуют как сакральные, религиозные, так и светские элементы. Еще французский философ XIX века Эмиль Дюркгейм говорил о том, что эти вещи не должны соприкасаться и влиять друг на друга. В этом и есть суть светского государства. Но на судебном процессе юристы девушек активно пытались доказать, что главный собор Русской православной церкви вовсе не религиозное место, а можно сказать, полноценная коммерческая организация. 

Они говорили: «Мы это не делали в храме». Потому что храм Христа Спасителя стоит на балансе московской мэрии и юридически оформлен как многофункциональный центр. Там внизу мойка, ресторан, выставочный зал и прочее. Поэтому они говорили, что вы не можете считать этот объект сакральнымюрист Дмитрий Григорьев

Суд ответил, раз в храме Христа Спасителя совершается отправление культа, то его вполне можно считать священным. К тому же критика организаций и культа — разные вещи. 

Давайте отличать критику и оскорбления самого культа от критики организаций. Например, вы открываете выписку из ЕГРЮЛ, смотрите, какое юридическое лицо занимается исполнением этого культа, и дальше действовать можете. Если вы осуждаете имущественное состояние иерархов определенной организации — это одна история, но когда вы начинаете вмешиваться в саму суть культа, здесь происходит оскорбление и ваше нарушениеюрист Дмитрий Григорьев

Реклама XXI века: что общего между Лениным и сауной и почему нам везде мерещится Путин  Салават Камалетдинов

Но обидеться могут не только верующие граждане. Жалобы от людей, далеких от религии, поступают не реже. Правда, их чаще всего задевают рекламные вывески и билборды. Дмитрию как члену экспертных советов по рекламе и недобросовестной конкуренции ФАС РФ часто приходится реагировать на недовольные обращения жителей со всей России. 

Одним из последних стала жалоба от жителя Пскова, который прислал фотографию вывески магазина рыбалки с текстом «МАГАЗИН ПУТИНА». В своем обращении мужчина писал: «Недопустимо использовать образ президента в рекламе болотных снастей». Но билборд был трактован им неверно. Пути́на — это сезон, в течение которого проводится интенсивный лов рыбы, ничего общего с Президентом РФ это слово не имеет. 

Другой забавный случай — обращение гражданина из Коми, которого оскорбила реклама сауны. На плакате изображен Ленин, а внизу — огромная, яркая подпись: «Товарищи!!! Идите в сауну, пожалуйста!» и телефонный номер. Но юристы также не нашли в этой вывеске ничего оскорбительного. Во-первых, сейчас, когда СССР больше не существует, никто не может считать Ленина святой и сакральной личностью. Во-вторых, в России есть два символа Ленина: один — официальный, второй — комический, из привычных анекдотов. В-третьих, изображение Ленина никак не противоречит призывам идти в сауну, а лишь наоборот — подчеркивает значимость обычаев.

Они написали: «Вы нарушаете традиции». Мы, наоборот, ответили примерно так: «Семейный поход в сауну — это важное, ритуальное событие, символизирующее физическое и духовное очищение, а также семейное общение. Поэтому сауна и поход в баню такой же важный символ Родины, как любые другие вещи: самовар, водка, чак-чакюрист Дмитрий Григорьев

Веве | Символ Vodou

Веве , на гаитянском вуду , геометрические рисунки, изображающие ИВА (духов).

Производство веви — традиция африканского происхождения. В Дагомее , древнем королевстве в регионе, который сейчас является южным Бенином , пальмовое масло использовалось для рисования определенных геометрических фигур, таких как прямоугольники и квадраты, на земле. Практика рисования ритуальных эмблем на земле также засвидетельствована в Центральной Африке , а практика производства веви на Гаити, возможно, обязана своим происхождением культурному сближению Западной Африки и Центральной Африки. Некоторые ученые также указали на существование подобной практики среди народов таино и аравак , с которыми африканцы вступали в контакт на Гаити.

Веве может быть довольно сложным или простым. Они нарисованы на земляном полу перистиля (храма) с использованием кукурузной муки или золы, и их реализация, обычно с помощью унгана (жреца) или манбо (жрицы), требует большого опыта. Веви занимают центральное место в ритуалах Вуду , потому что они предназначены для принуждения к нисходящей или восходящей духовной энергии, связанной с определенным ИВА .

У каждого lwa есть своя эмблема, поэтому vèvè многочисленны и разнообразны. Центральные элементы — это сердце Озили Фреды, олицетворение женственности и любви; две змеи для космических змей Данбала Ведо и его жена Айида Ведо; лодка, для Agwe, в LWA моря; сабля (сабля) для Ого, бойца войны; и крест Папе Легбе, хранителю перекрестков.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Веве всегда прослеживаются рядом с потомитаном , центральной опорой перистиля, магической осью, через которую, как полагают, ива проникают в мир живых. Фактически, вевэ являются материальным представлением ИВА и считаются магическими точками. Именно по этой причине , что подношения пищи и животных , умерщвленных в частности LWA размещены на LWA «s vèvè . Когда служба Вуду проводится для кормления нескольких ИВА одновременно, нарисованная веве будет включать в себя ритуальные эмблемы всех ИВА, участвующих в ритуале. Как и следовало ожидать, финальныйvèvè может быть довольно сложным и покрывать большую площадь перистиля. В начале церемонии вуду, vèvè будет освящен с вкраплениями сухих пищевых продуктов; возлияние (предлагается трижды) ромом, водой или другим подходящим напитком; и зажигание белой свечи.

Магический узел карибского искусства, или Может ли конголезская метафизика изменить современность

Две волны «гаитянского наива»

Историю гаитянского государства отсчитывают от вудуистского ритуала в Каймановом лесу 14 августа 1791 года, положившего начало восстанию рабов. Историю же изобразительного искусства Гаити обычно начинают с так называемых художников-примитивистов, которых открыл миру американец Девитт Петерс — акварелист, приехавший на остров, чтобы преподавать английский язык. Он обнаружил там самобытных творцов-самоучек и в 1944 году создал для них в столице Гаити Порт-о-Пренсе Художественный центр, действующий и поныне.

Самым известным открытием Петерса стал художник Эктор Ипполит (1894–1948). Петерс остановился в местечке под названием Мон-Руа, чтобы перекусить в придорожном кафе, и наткнулся на дверь с изображением птиц. Манера росписи поразила американца, и он разыскал ее автора — Эктора Ипполита, потомственного хунгана (жреца) гаитянского вуду.

Свой приход Ипполит потерял, поскольку религиозно-магической деятельности предпочитал изобразительное искусство, и находился в крайней нужде.

Петерс помог ему, забрав в столицу. Работы Ипполита, с которого теперь отсчитывают первую волну гаитянского наива, привлекли внимание кубинского художника Вифредо Лама и знаменитого французского сюрреалиста Андре Бретона. Последний, путешествуя по странам Карибского бассейна, купил пять картин Ипполита и даже заявил, что они произведут революцию в современной живописи. В 1947 году работы Эктора Ипполита были представлены на международной выставке ЮНЕСКО в Париже. Среди его почитателей был Трумен Капоте.

Темнокожий Иисус и души людей на картине Эктора Ипполита «Поклонение Любви», 1946–1948. Источник

Влиятельных поклонников со временем приобрел и другой птенец гнезда Петерсова — Филоме Обен (Philomé Obin, 1892–1986). По слухам, к нему приезжала сама Жаклин Кеннеди, чтобы он нарисовал для нее картину, а он ответил ей: «И без вас много желающих, запишитесь в лист ожидания».

Филоме Обен в своей студии в 1983 году. Источник

Филоме Обен создавал росписи в Свято-Троицком соборе в Порт-о-Пренсе (в 2010 году его разрушит землетрясение) вместе с еще одним выдающимся деятелем Художественного центра — Кастерой Базилем (Castera Bazile, 1923–1966). Базиль, расписывавший впоследствии как христианские, так и вудуистские храмы, в начале своей карьеры был слугой Петерса. Похоже, на Гаити Петерс находил художников повсюду: в барах, на улицах, под мостами, среди своей прислуги.

Кастера Базиль изобразил себя с ритуальными музыкальными инструментами: ассоном (маракас) и барабаном конга. Источник

Как и большинство добрых покровителей, Девитт Петерс не был чужд диктаторских замашек, которые порой дорого стоили его подопечным. Он сделал знаменитым Уилсона Биго (Wilson Bigaud, 1933–2010), но принудил его отказаться от глиняной скульптуры и переключиться на живопись. Биго переживал из-за этого всю свою жизнь, страдал депрессией и нередко изображал на картинах боль. Как и многим другим участникам кружка, бороться с жизненными травмами ему помогало вуду.

Среди местного населения ходили слухи, что Биго заключил пакт с духами, которые оберегали и растили его талант. «Смерть в джунглях». Уилсон Биго, 1950. Источник

«Гугл» распознает картины этих художников как анимацию.

Возможно, здесь изображены мультфильмы, заявляет искусственный интеллект и тут же предлагает расшифровку из «Википедии»: «истории в картинках — форма визуального искусства, изображение нереалистичных или полуреалистичных двумерных рисунков или контуров для раскрашивания, предназначенных для иллюстрирования сатирических или юмористических произведений».

Примерно так о гаитянском искусстве первой половины ХХ века судили и европейские критики, видевшие его главную ценность в непосредственности и наивной, детско-сказочной одухотворенности.

Сейчас бы сказали, что подобная оценка сама по себе наивна, отдает экзотизацией и излишним патернализмом. Но тогда в арт-сообществе господствовало другое мировоззрение, и стоит отдать должное тем инокультурным людям, которые в ходе своих духовных поисков влюбились в Гаити и помогали местным художникам чем могли. Среди них была и знаменитая киноавангардистка Майя Дерен (Элеонора Деренковская, 1917–1961). В младенчестве родители увезли ее из Киева в США. Майя была балериной, троцкисткой, режиссершей и исследовательницей гаитянских духовно-магических практик. Им она посвятила свою книгу «Божественные всадники: живые боги Гаити» (Divine Horsemen: The Living Gods of Haiti, 1953) и одноименный фильм, собранный уже после смерти Дерен, в 1985 году, из снятых ею на острове кадров. Запечатленные в конце 1940-х — начале 1950-х годов ритуалы вуду заставляют задуматься о тесной связи телесного и духовного, поскольку в центре внимания находится одержимость духами (лоа), кульминационный момент вудуистской литургии.

С именем Майи Дерен связывают вторую волну гаитянского наива, стартовавшую с художника Андре Пьера (1914–2005). Он зарабатывал на жизнь фермерским трудом, с ранних лет практиковал вуду, а затем участвовал в кинокартинах Дерен. Именно «мать андеграундного кино США» и вывела его в мир художников.

Вудуистские лоа на картине Андре Пьера 1984 года: божественный змей Данбала-Ведо, подательница любви и процветания Эрзули Фреда и покровитель воинов Огун Феррай. Источник

В середине 1970-х годов журналисты и художники из разных стран приезжали к хижине Андре Пьера, в которой при свете керосиновой лампы он рисовал лики духов. Пьер любил рассказывать о родной культуре и сделал многое, чтобы развеять порожденные голливудскими ужастиками стигматизирующие представления о вуду как о разнузданном и кровожадном бесовском культе. На картинах Андре Пьера запечатлены мудрые и спокойные духи, к которым обращаются с просьбами об исцелении и мире.

Вместе с тем ни один вудуист не будет отрицать ни практику многочисленных каверзных заклинаний против врагов, ни существование жестоких секретных обществ, ни наличие в гаитянской культуре мрачного образа зомби — мертвеца, которого оживляет колдун-бокор, чтобы использовать его рабский труд на плантации. Темным аспектам вуду посвящены некоторые работы другого художника того же периода — Эдгара Жана-Батиста (1917–1992).

Зомби пытается убить колдуна, поднявшего его из могилы. Эдгар Жан-Батист, «Мертвец-бунтарь» (Mort Rebelle), 1962. Источник

Живописуя обряды на кладбищах, Жан-Батист не забывал и о зомби. К тому моменту, когда он стал популярен, миру уже был известен знаменитый случай сбежавшего зомби Клервиуса Нарцисса.

Кроме того, в 1980-х годах американский этноботаник и антрополог Уэйд Дэвис выдвинул в своих работах гипотезу о том, что гаитянские колдуны-зомбификаторы используют ряд природных нейротоксинов.

Интерес к этой теме имел и политическую составляющую: 1960-е и 1970-е годы на Гаити прошли под красно-черным флагом (это цвета наводящего ужас тайного общества бизанго) дювальеризма. Президент Франсуа Дювалье, известный как Папа Док, а затем и его сын Жан-Клод Дювалье (соответственно, Бэби Док) управляли диктаторскими методами, при помощи тайной полиции, которая, как считалось, наказывает врагов режима в том числе и превращением в зомби. Запущенная властями мифология ужаса нашла свое отражение в картине-карикатуре Эдуарда Дюваль-Карре, на которой Бэби Док стоит в подвенечном платье. Такой травестийный образ можно трактовать как отсылку к существующей в вуду практике женитьбы на духах-покровителях.

Президент Гаити Жан-Клод Дювалье в подвенечном платье на картине Эдуарда Дюваль-Карре «Безумная невеста». Рядом с ним стоят архиепископ Франсуа-Вольф Лигон, мертвый Папа Док в виде лоа кладбищ Барона Самеди, «мать революции» Симона Дювалье, министр обороны и другие представители элиты. Источник

Христианские тела языческих духов

Левые интеллектуалы критикуют миф об открытии Америки европейцами: разве она не была до этого открыта населявшим ее индейцам? Если Америку и открыли, то не миру вообще, а исключительно белому миру. То же можно сказать и об афрокарибском искусстве: ярче всего нарратив об открытии европейцами талантов в этнической среде проявлен в истории Гаити, «черной республики», созданной беглыми рабами и управляемой их потомками.

Неужели до появления персон из американско-европейского мира на острове Гаити не было художников и искусства вообще? Разумеется, оно было — прежде всего ритуальное искусство, о чем будет сказано ниже.

А пока еще один «первооткрыватель» достоинств Гаити — французский философ и культуролог, министр Шарля де Голля, герой Второй мировой войны Андре Мальро (1901–1976). Путешествуя по Гаити, мсье Мальро не без удивления обнаружил, что на острове есть место не только этническому «наиву», но и абстрактному искусству.

Андре Мальро открывает «народных абстракционистов» Гаити. Источник

Андре Мальро открыл для себя новый стиль, обозревая одно из гаитянских кладбищ, украшенное своеобразными скульптурами и росписями. В своем интервью после турне Мильро заявил, что в гаитянском искусстве, «совершенно свободном от академизма», бытуют два направления, которые почти не связаны друг с другом: с одной стороны, это известный с 1940-х годов «наив», а с другой — «напрямую соотносящаяся с вуду» живопись, в которой европеец разглядит мотивы абстракционизма и экспрессионизма.

Речь в первую очередь шла о художественной группе «Сен-Солей» (Saint Soleil, в перевод на русский «Святое солнце»), члены которой жили крестьянской коммуной в горах и были адептами вуду. Вдохновление они черпали в видениях, снах и спиритуальных контактах. Из группы «святосолнечников» больше всех прославился Пьер-Луи Проспер (1947–1997), работы которого поразили и заворожили сначала французского культуролога, а потом и весь свет. Группа «Святое солнце» быстро стала известной, но просуществовала недолго. После распада сообщества возникла группа «Пять солнц».

Оранжевое солнце Пьера-Луи Проспера. Источник

Иногда движение, сформированное вокруг «Святого солнца», называют третьей волной гаитянского искусства. Культурологи отмечают, что приверженцы этого течения обычно изображали (а их последователи продолжают изображать и сегодня) духов вуду в виде абстракций, энергетических образований или подвешенных в свободном парении фигур, в которых уже нет ни «католических масок», ни нарочитого антропоморфизма.

Некоторые считают, что «святосолнечники» сбросили колониальное бремя христианского синкретизма и приблизились к чисто африканскому содержанию. Такая трактовка выглядит поспешной и отсылает к вопросу, важному для всей афрокарибской культуры: как и почему возникло смешение католических и этнических религиозных, символических и визуальных форм? Почему, к примеру, дух перекрестка гаитянский Папа Легба стал отождествляться со Святым Петром, а его кубинский двойник Эшу Элегуа — со Святым Антонием или Богомладенцем Аточским? Прежде этнографы довольствовались идеей о сознательной мимикрии, к которой прибегли рабы, не имевшие возможности практиковать свои религии. Маскируя свои культовые объекты под католицизм, они якобы обманывали колониальные власти и благодаря этому смогли сохранить свою культуру. Правда, ценой религиозного слияния, которое одни рассматривают как обогащение с помощью ассимиляции чужого, а другие — как вынужденную утрату своего.

Фрагмент картины Пьера-Луи Проспера «Солнечный тотем», 1993. Источник

В наше время антропологи и историки спорят о синкретизме и вопрос считается открытым.

Согласно актуальным исследованиям, сращивание языческих культов с христианскими началось не в Новом Свете, а еще в Африке.

Это, по крайней мере, верно для Конго, выходцы из которого оказали огромное влияние на гаитянское вуду (и родственные ему религиозные течения, вроде кубинской сантерии или бразильского кандомбле) и сформировали собственно конголезско-американские культы, к примеру кубинское пало или бразильскую кимбанду. Стоит заметить, что причины так называемого религиозного синкретизма у различных народов мира действительно не исчерпываются ни насаждением религии захватчиков, ни мирной инфильтрацией соседних культур. Одна из причин синкретизации — это особое отношение анимистических культов к сакральному, чуждое более поздним религиям. Для анимистов и шаманистов не проблема «взять себе» чужих богов, поскольку весь космос они считают совокупностью эквивалентных друг другу сил, а учения о правильной или неправильной божественности (ортодоксии и ереси) в таких представлениях нет.

Современный конголезский литературовед Донато Фхунсу (Donato Fhunsu) отмечает, что гибкость культур банту, легко идущих на соединение с христианскими или иными элементами, связана с традиционными космологическими представлениями жителей Центральной Африки. Например, у них есть узел,объединяющий универсум, — zita, который можно считать одним из главных концептов конголезской этнометафизики. Zita — это перекресток (выбор пути), искусство переноса (метафоры), это диалог вещей, в котором могут рождаться новые формы, которые Фхунсу называет гибридными: феномены смыкаются («куканга») или размыкаются («кукутула») друг с другом.

«Они говорят»: диалог на картине Диогена Бальестера, художника родом из Пуэрто-Рико. Источник

От лирической абстракции из Гайаны до интерсекционального феминизма на Багамах

Афрокарибское искусство разнообразно. Говоря об абстракционизме, нельзя не упомянуть Фрэнка Боулинга (род. в 1934 году), успешного художника родом из Гайаны. Боулинг, хоть вырос на своей тропической родине, но, в отличие от вышеназванных самобытных творцов, образование он получил в Великобритании, а в 2008-м ему пожаловали и звание офицера Ордена Британской империи. Уже будучи подданным Ее Величества, в 1962 году художник провел свою первую известную выставку в Лондоне. Она называлась «Образ восстания» (Image in Revolt) и стала отправной точкой в карьере живописца. Сам Боулинг признается, что порой критики уж слишком откровенно ждут от него «протестного» карибского искусства. А ведь он британский художник, пусть и не чуждый особой южной чувственности, которая с рождения была частью его натуры.

Фрэнк Боулинг в своей студии. Источник

Абстракционизм развивается и на Багамах. Интересны, пожалуй, не столько его чистые или академические формы, сколько сплавы и соседства.

Фигуративное и «бесфигурное», этническое и общечеловеческое, ночное и дневное — афрокарибское искусство всегда славилось «искусством шва», умением грациозно менять и смешивать регистры проявленного. Ниссау, Багамские острова: художественная выставка, посвященная «неприрученным страхам». Источник

Страхи и переживание изоляции — одна из важных тем афрокарибского искусства, которое работает с наследием рабовладельческого прошлого и материалом противоречивого либерального настоящего. Многие молодые художники — активисты тех или иных социально-политических движений.

Одна из ярких представительниц феминизма в изобразительном искусстве — Габриэлла Бэнкс из Род-Айленда, о чьей выставке «Знак женщины» (The Mark of a Woman, 2017) в Национальной художественной галерее Багамских островов писала международная пресса. Габриелла объясняет, что в своих работах опирается на личный опыт: она была единственной чернокожей женщиной в Школе дизайна в Род-Айленде. Ее соплеменницы крайне редко бывают представлены ​​в мире искусства, где действуют все те же формы отчуждения и подавления, которые выявили воманистки в 1970-х годах. Основная мысль представительниц воманизма, которые борются не только с патриархатом, но и с «белым феминизмом», состоит в том, что угнетение может быть интерсекциональным (то есть перекрестным), и афроамериканки угнетаются сразу по трем признакам: как женщины, как черные и, чаще всего, еще как представительницы низшего класса. «Почему бы просто не сделать их черными?» — спрашивает Габриэлла сама себя и живописует образы африканской женской сексуальности.

Вторжение женщины в общество абакуа: тайна Белкис Айон

Настоящей легендой афрокарибского феминизма стала кубинская художница Белкис Айон (1967–1999). Неясно, как именно она сама воспринимала себя в политическом смысле, но жизнь и смерть Белкис удивительным образом воспроизводят основной миф ее творчества — гендерно окрашенную мистерию тайного общества абакуа, куда принимают только мужчин.

Белкис Айон. Источник

Истоки кубинского абакуа лежат в тайных мужских союзах Южной Нигерии и Камеруна. В Африке тайные общества, как мужские, так и женские, распространены с древних времен. В доколониальную эпоху они выполняли важнейшие социальные роли: заведовали инициациями, судили и наказывали провинившихся, хранили обычаи и веру. После того как Африку покорили белые люди, эти общества ушли в подполье из-за колдовства и жестоких нападений.

Абакуа — это кубинская инкарнация тайного общества экпе, знаменитых людей-леопардов. Профессор Айвор Миллер, написавший об этом книгу «Голос леопарда. Африканские тайные общества и Куба», в настоящее время налаживает связи между абакуа и экпе. Африканцы с удивлением узнали тайный язык символов своих карибских коллег, уже много столетий оторванных от духовной прародины. На Кубе общество абакуа в меньшей степени играло роль тайного суда, а по большей части было неофициальным «профсоюзом рабов», сообществом взаимопомощи. Позднее его роль свелась к сохранению тайных мистерий и организации зрелищных процессий. В ХХ веке абакуанцы сильно повлияли на ряд музыкальных направлений и танцевальных стилей.

Главный миф общества абакуа связан с божественной тайной, к которой не допускаются женщины. Этот миф стал широко известен благодаря одной из глав книги Гильермо Кабрера Инфанте «Три грустных тигра» (роман написан в 1968 году, полностью на русском вышел в 2014-м). Он повествует о том, как некая принцесса Сикан, наполняя водой в реке свой кувшин, нечаянно зачерпнула в него рыбу Танзе, в которой обитало верховное божество. Танзе умер, и его кожей был обтянут волшебный барабан, а Сикан за кощунство казнили. Ее кожа пошла на другой барабан, на котором никогда не играют, а только украшают его султанчиками из перьев и драгоценностями.

«Поскольку он женщина, следует превосходно украшать его, цветами, ожерельями и каури. Но к его коже в знак вечного молчания пришит петушиный язык. Никто не играет на нем, а сам он говорить не может. Он тайна, он табу и называется он сесерибо», — пересказывает миф о Сикан и Танзе писатель Инфанте.

Люди-леопарды и адепты абакуа поклоняются Танзе в образе рыбы на картине Белкис Айон «Поклонение», 1986. Источник

Замечательная мастерица в технике коллографии (печати эстампов, в которых форма создается с помощью коллажа из различных материалов и текстур на твердой подложке), Белкис Айон из раза в раз рассказывала в своих работах миф о принцессе Сикан и показывала связанные с ним ритуальные практики. Иногда Сикан на ее полотнах отождествляется с Иисусом.

Картины Белкис полны загадочных существ, порой бесполых или двуполых, и у большинства из них нет рта: они хранят тайну, как немой барабан общества абакуа.

Содержание этой тайны — некий голос или рык леопарда, который доносился из кувшина с рыбой-богом и который, как считается, звучит в кульминационный момент тайных ритуалов абакуа. По одной из версий, Сикан, услышав голос из кувшина, посоветовалась с отцом, что ей теперь делать. Он сказал ей молчать и хранить тайну, но девушка разболтала о чуде, из-за чего ее и нашли приверженцы Танзе.

Картина Белкис Айон «Ужин» (La cena), 1991. Источник

11 сентября 1999 года Белкис Айон застрелилась из пистолета своего отца. Ей было всего 32 года, и она уже была знаменитостью, чьи картины скупали на Венецианской биеннале. Сразу же поползли слухи, что смерть Айон связана с давлением (или черной магией) адептов абакуа, негодовавших из-за визуального разглашения тайн общества. Кубинская полиция проверяла версию о том, что Белкис убили посланцы абакуа и замаскировали расправу под суицид, но она не подтвердилась. По некоторым данным, Белкис была больна ВИЧ, однако ее семья это не подтверждает и заявляет, что причины самоубийства неизвестны.

Выставка Белкис Айон в Музее Фаулера, 2016–2017 годы. Фото Reed Hutchinson. Источник

По иронии судьбы, самую полную художественную визуальную серию, посвященную тайному мужскому союзу абакуа создала женщина. Танцоры мистерий абакуа давно стали туристическим образом, их изображения (картины, открытки, куклы, статуэтки) активно продают всем желающим гостям Острова свободы, а художники не перестают интересоваться этим духовно-магическим орденом. Но никто из них не превзошел работы Белкис Айон в драматической пронзительности и символической насыщенности.

Участники танцевальной мистерии Gombey, которая, подобно кубинской абакуа, берет свои корни в тайных обществах и африканской духовности. Бермудские острова, картина Эприла Бранко «Разговор капитана». Источник

Кубинский кубизм и религия мертвых

Абакуа только одна из афрогенных религиозно-магических деноминаций [тип религиозной организации наряду с церковью и сектой. — Прим. ред.] Кубы. Рабы из Конго и Анголы дали кубинской культуре другую религию — пало (или пало-монте), а потомки народа йоруба — религию оча, больше известную как лукуми, или сантерия. Есть на Кубе и свои вудуисты — потомки рабов народностей эве и фон, создавшие систему арара, и собственно приверженцы гаитянского вуду, члены семей, эмигрировавших с соседнего острова Гаити. Эту пеструю картину дополняет целый перечень спиритических направлений, в разной степени срощенных с африканскими традициями и католицизмом, включая сообщество Muertera Bembe de Sao, о котором религиоведам и антропологам до сих пор известно немногое.

Все эти культы сильно влияют на изобразительное искусство Кубы (как и на литературу, музыку, танцы и другие области художественного), а их последователи по-разному относятся к коммунистической политике, которая продолжает определять судьбу республики. Вот два выдающихся примера: преданный сторонник Фиделя Кастро Вифредо Лам (1902–1982), которого сантерия привела в парижские салоны кубистов и сюрреалистов, и наш современник Хосе Бедиа (род. в 1959 году), уехавший от коммунистов в США и сочетающий формы актуального искусства с наследием пало-монте.

«Джунгли», Вифредо Лам, 1943. Источник

Генеалогическое древо Вифредо Лама синкретическое, как сама афрокарибская культура. Его отцом был китайский торговец, эмигрировавший на Кубу, а матерью — темнокожая мулатка с примесью индейской крови. В 1920-х годах Вифредо переселился в Испанию и стал экспериментировать, подвергая на своих холстах афрокубинскую образность сюрреалистическим приемам. Потеряв жену и ребенка в 1932 году, художник уже никогда не мог заглушить внутреннюю боль. В его работах появился мрак. Вифредо воевал на Гражданской войне в Испании на стороне республиканцев, а после их поражения уехал в Париж. Там он познакомился с Пикассо и его друзьями, а вскоре посетил Мексику, где подружился с Фридой Кало и Диего Риверой. Европейский кубизм, сам многое черпавший в искусстве Африки, сильно повлиял на Лама. В 1940-е годы он получает признание как на Кубе, так и во всем западном мире.

Издание сюрреалистов с иллюстрациями Вифредо Лама и автографом. Источник

1940-е и 1950-е проходят у художника между Гаваной и Парижем. Он борется с проамериканской диктатурой Фульхенсио Батисты, а после победы революции поддерживает новое правительство, в том числе и своими росписями для резиденции Кастро. До конца своих дней Лам сохранял верность коммунистическим идеям и интерес к сантерии. Афрокубинским культам еще долго пришлось находиться в подполье (их раскрепощению способствовал визит на Кубу папы римского Иоанна Павла II в 1998 году). Впрочем, кубинские коммунисты с самого начала отличались от своих советских единомышленников относительной веротерпимостью: даже масонство не запрещали, хотя оно и перешло под контроль спецслужб.

В отличие от Вифредо Лама художник Хосе Бедиа (род. в 1959) пиетета к режиму Кастро не демонстрировал и в 1991-м эмигрировал в Мексику, а двумя годами позже — в США (правда, жизнь коммуниста Ламы тоже в основном протекала вдали от родных берегов, в Европе). Бедиа прославился своим необычным стилем, преодолевшим грань между брутальностью и изяществом, и работами, в котором мир окружающих вещей, будь то ритуальные предметы с конголезскими названиями или летящие через континент аэробусы, предстает в качестве напряженной мистической драмы. Бедиа можно назвать новым анимистом.

«Два брата» (Mpangui jimagua): африканец и индеец в лодке, украшенной ритуальными узорами, плывут по водам вечности. Инсталляция Хосе Бедиа, 2000 год, Бирмингемский музей искусства. Источник

Прошлое, настоящее и будущее в работах Бедиа переплетаются и играют друг с другом, образуя причудливые ансамбли. В них задействованы артефакты и формы из различных культур и регистров: архаичное единится с современным, природное с искусственным, виртуальное с насущным, спиритуальное с материальным, серьезное с юмористическим.

Работа Хосе Бедиа под названием «Дьявол метит еще одну девственную задницу» (Le diable marque un autre cul vierge). Источник

Многочисленные духи в антропоморфных и зооморфных образах у Бедиа, как правило, сильные, красивые, воинственные, сексуальные, мускулистые. Это духи во плоти, персонажи пало-монте — религиозной традиции, которую на Кубе многие считают преимущественно колдовством. Сам Бедиа не только исследователь, но и последователь этого культа. Образы художника дышат витальностью, но для него самого, как и для любого приверженца пало-монте, жизнь слита со смертью. Динамика бытия видится адептам пало как череда приливов и отливов Калунги — мирового океана смерти. «Именно мертвые вдохновляют все действа в пало и сантерии, и мертвые дают вспышку всему, что есть красивого и преобразующего», — пишет современный американский антрополог Тодд Рамон Очоа в своей книге «Сообщество мертвых».

Хосе Бедиа монтирует «Фигуру, определяющую свою собственную линию горизонта» в музее Фаулера

В центре культа пало находится пренда — ритуальный котел со сложнейшим набором составляющих, святыня-трансформер, некоторый порядок натуральных сил и символических активностей, нанизанный на дух мертвеца (муэрте). И палеро (последователи пало), почитающие конголезских духов мпунго, и сантеро (последователи сантерии), поклоняющиеся нигерийским ориша, подчеркивают, что без предков нет божественных сущностей (ikú lobi ocha, то есть «мертвый рождает ориша»). Космос пронизывают силы, которые, словно матрешки, начинены душами мертвых. Благодаря такому пониманию духи и божества афрокарибских культов постоянно находятся в теснейшей связи с людьми и легко посещают их тела во время одержимости.

Вудуисты на Гаити говорят: «Христиане идут в церкви, чтобы говорить с Богом, а мы идем на свои церемонии, чтобы становиться богами».

Подобная философия превращений и преодоления онтологических границ лежит в основе художественных концепций современного гаитянского движения Atis Rezistans и его «детского филиала» Timoun rezistans.

Композиция современного гаитянского художника Андре Эжена, участника контркультурного движения Atis Rezistans. Фото К. Кэрстена. Источник

Новое барокко — черное барокко

В работах Хосе Бедиа часто встречаются патипембы — сакральные символы пало-монте, которые практики этой религии чертят специальным мелом или другими особыми материалами. Графические символы имеют большое значение во многих афрокарибских культах, в том числе и в упомянутом выше обществе абакуа. Знаменитый исследователь афроамериканской визуальности Роберт Ф. Томпсон считает, эти символы берут начало в культуре народов банту и изначально завязаны на космогонических представлениях, а сами эти представления выражает знак креста в круге (так называемая космограмма Tendwa Nza Kongo) — пространственно-временной континуум, в котором происходят путешествия живых и мертвых агентностей. Также Томпсон связывает с магическими знаками чернокожих жителей Нового Света идеографическое письмо нсибиди, бытующее у ряда африканских племен.

В вуду графические символы называются веве. Они наряду с вышитыми бисером вудуистскими флагами (драпо) были первой самобытной художественной формой у гаитян задолго до «открытия» островных «наивных художников» белыми культурологами. Драпо, как правило, изображают веве, портреты духов, образы священных животных, различные сакральные сюжеты.

Современное развитие темы вудуистских драпо на Гетто-биеннале — 2009. Проект Эбони Дж. Паттерсон (Ebony G. Patterson)

Символы веве можно найти на полу вудуистских храмов, на амулетах, на полотнах «наивных художников», их пластику можно разглядеть и за загадочными линиями гаитянских «абстракционистов» из объединения «Святое солнце». Роберт Ф. Томпсон называет веве квинтэссенцией всех форм афрогаитянского искусства и отмечает, что на их форму влияли также колониальные образы. В изящных закорючках и звездочках веве словно бы преломились капризные линии барокко (этот европейский стиль в виде специальных супниц-святынь, вычурных sopera, вошел и в кубинскую сантерию). Так, веве бога металлов и войны Огуна, вероятно, является стилизованным рисунком железной решетки, какие ставили на ворота и окна в XVIII–XIX веках.

Жрец-хунган чертит веве. Источник

В вуду до сих пор принято видеть простой и грубый культ, эстетическое содержание которого сплошь наивно или брутально. Но присмотритесь к прихотливой гармонии веве, и вы найдете деликатность, утонченность и изысканность. Изысканность вуду, в том числе и узорная тема веве, проявилась в работах современной художницы родом из Доминиканской республики Фирелей Баез (род. в 1981).

Веве, геральдика осыпающейся штукатурки и барочные формы в инсталляции Фирелей Баез на 10-м Берлинском биеннале.

Историцизм, утонченно-замысловатые необарочные формы и игривый китч можно найти и в магическом реализме Эдуарда Дюваль-Карре (род. в 1954), родившегося на Гаити и бежавшего в США, где он ныне живет и творит.

Мыльные пузыри, узорные паттерны и демонизм власти: «Испорченный король #3» Эдуарда Дюваль-Карре. Источник

Психоделический интернационализм Венесуэлы

Магический узел zita отлично иллюстрируют работы венесуэльского художника Генри Бермудеса (род. в 1951), который приобрел известность в 1970-х. Главная тема его произведений — гибридность: одни организмы перетекают в другие в пластичном ритме становления, как бы освященные тайной змеевидностью, спиральностью жизни. Минотавры, кентавры, люди, птицы и растения у Бермудеса существуют как яркие ритмичные формы, напоминающие психоделические видения и фракталы.

«Волшебное присутствие змеи», Генри Бермудес, 1985. Источник

Бермудес признавался, насколько сильно повлияли на него фольклор и духовные практики чернокожего и индейского населения страны. В 1977–1979 годах он жил в Мексике, где изучал ацтекскую цивилизацию.

Узел жизни на картине Генри Бермудеса «Трилогия», 2016. Источник

Интернационализм и борьба с расизмом — официальные доктрины социалистической Венесуэлы. Но помимо политического у этих идей есть и народный модус, тесно связанный с искусством, целительскими практиками и религией.

Индейские и африканские мотивы на одежде, Венесуэла. Источник

Народная религия Венесуэлы, составляющая оппозицию официальному католицизму, — это культ божества по имени Мария Лионса, иногда называемый «венесуэльским спиритизмом». Культ возник в области Яракуй, но уже давно захватил всю Венесуэлу, слившись с народным католичеством и экспортированной из Кубы сантерией. Есть версия, что прототипом Марии Лионсы является испанская плантаторша Мария Алонсо, проживавшая близ горы Сорто в середине XVIII века. Мария Лионса изображается как сильная женщина, едущая верхом на тапире. Она главная в троице (так называемые tres potencias, три силы). Две другие силы — индейский вождь Гуаикайпуро (Guaicaipuró) и черный раб Фелипе (Negro Felipe), мученики испанского колониализма, после своей насильственной смерти ставшие духами — покровителями бедняков.

Божественный матриархат и расовое единение: троица венесуэльского спиритизма. Источник

На алтарях Марии Лионсы можно встретить самые разные фигурки: от христианской Девы Марии до Одина (так называемый «двор викингов»), от индейских шаманов до «негодяев» (malandros), которые представляют души бандитов, аферистов и убийц. Последователи культа проводят зрелищные обряды на природе, а медиумы в экстатических состояниях протыкают себе щеки иглами и носят угли в руках.

Адепты Марии Лионсы в магическом круге. Источник

Афрофутуризм: феномен Баския как предчувствие нового мира

Афрокарибское (и, шире, афроамериканское) искусство, черпающее магию в анимизме и открытое к новым связям внутри космического узла zita, можно считать глобальным ретроавангардным проектом. Причем ретроэлемент сохранился и в выросшем из этого искусства афрофутуризме. Формулируя само понятие афрофутуризма в 1993 году, американский мыслитель Марк Дери поместил эссе о нем в сборник с говорящим названием Black to the Future, название которого скрывает игру слов back («назад») и black («черный»): «назад в будущее» как обращение «черного к будущему». Показав, что действующие в мире футуристические и фантастические модели (которые не только, а возможно, и не столько предсказывают будущее, сколько его конструируют) растут из европейской культуры, Дери предложил им африканскую альтернативу.

Надо сказать, что духовно-магические практики африканцев и афроамериканцев, к которым во многом обращается афрофутуризм, сами по себе довольно технологичны, хотя их технологичность и не научна. К примеру, в основе магии йоруба и сантерии лежит представление о том, что все вещества и сущности в мире представляют собой одну из трех фундаментальных сил (белую, черную или красную), пропорции которых — главный секрет для получения снадобий и составов. А фигурки минкиси из Центральной Африки имеют специальные «загрузки», экран (зеркало) и интерфейсы (цепь, гвозди), по которым происходит соединение телесности минкиси с телесностью жреца-оператора. Разумеется, все эти технологии ориентируются не на таблицу Менделеева или направленный поток электронов, а на магию природы, разлинованную невидимой сетью: в узлах этой сети происходят встречи (и смешения) живых и мертвых, людей и животных, настоящего и прошлого, «вареного и сырого», выражаясь языком культурной антропологии. В этом смысле совершенно органична и магична работа художника-афрофутуриста Эмо де Медейроса — космический (или виртуальный) шлем, сделанный из священных раковин каури, гибрид ритуальной маски и техногенного девайса, позволяющий путешествовать во внутренние миры как во внешние.

Шлем Эмо де Медейроса (Emo de Medeiros), Бенин. Источник

Афрофутуризм строится не на слепом восторге перед технологией и прогрессом, но на обращении к исторической (мифологической) памяти, которая, возможно, позволяет конструировать будущее и дороги к нему (политику, экологию, технику) с большей осознанностью.

В XX веке теоретики негритюда искали аутентичную африканскую философию и, как правило, находили вместо логоса танцы, песни и изобразительное искусство, ритм, содержащий растворенную мысль.

В XXI веке африканские культурные формы предъявляют нам мысль, которая оказывается созвучной самым актуальным направлениям: глобальная история, озабоченная метасценариями прошлого и будущего, или «антропология по ту сторону человеческого», ищущая избавления от набившего оскомину антропоцентризма.

Преодоление антропоцентризма в культуре — это программа-максимум деколонизации, которая на более низком, политическом уровне подразумевает освобождение покоренных культур от опекающего их «бремени белого человека». Сторонники деколонизации считают, что избавление от культурно-философского диктата старого белого мира может быть первым шагом к избавлению мира живых существ от диктата человека. Эти идеи смыкаются с борьбой за права животных, трансгуманизмом и постмодернистским проектом по избавлению от субъекта. Активисты деколониального движения заявляют, что на пороге глобального экологического кризиса нужно налаживать новые связи с природой, а на пороге биотехнологической революции — учиться искать сочленения между живым и неживым, органическим и неорганическим (или вовсе пересматривать понятие жизни, как это делает антрополог Эдуардо Кон). Афрофутуризм охватывает самые разные сферы культуры: живопись, кино, моду, музыку, литературу, технологии, гендер и многое другое.

Пророком афрофутуризма по праву считают американского художника с гаитянскими корнями Жана-Мишеля Баския (1960–1988). Баския жил в коробке в Нью-Йоркском парке, когда расписывал стены города остроумными граффити, а затем, в 1980-х годах, был подхвачен галеристами как «самобытный неоэкспрессионист». В те времена Баския подписывался псевдонимом SAMO — Same Old Shit («то же самое старое дерьмо»). На самом деле в вечно юном Баскии не было ничего старого: даже его вудуистские существа с маскообразными лицами и многочисленные скелеты выглядят по-новому, пересобранными, предназначенными к актуальному перерождению, к циркуляции в мире метатекста и информации.

Рожденный в вихре нью-йоркской контркультуры герой картин Баскии — это антисубъект, дивидуум, распавшееся «я», пророческая иллюстрация к тем нейробиологическим открытиям, которых во времена Баскии еще не было и которые заставляют сегодняшних философов говорить о разрушении концепта личности, самого понятия «индивидуум», лежащего в основе старого доброго гуманизма. «Верхом на смерти», Жан-Мишель Баския, 1988. Источник

В 1982 году Баския познакомился с Энди Уорхолом. Чернокожий художник, парень-буря, он вдохнул новую жизнь в творчество модного мэтра, а тот нашел для Баскии престижные пространства и провел его на олимп славы. Несмотря на попытки Уорхола «обуздать» (выражение из некролога на страницах New York Times) наркоманию Баскии, он умер в расцвете сил от передозировки героином, пережив, однако, осторожного ипохондрика Уорхола.

Энди Уорхол и Жан-Мишель Баския, фото Лиззи Химмель. Источник

Художества Баскии — квинтэссенция афроамериканского искусства, узел узлов, клиповое пространство, где встречаются все измерения времени. У Баскии биологическое и техническое смешиваются, детское проникает во взрослое, вещи встраиваются друг в друга, словно в будущей виртуальности, мифологические гибриды обнаруживают себя в авангардных образах, а фигуры и подписи к ним прозрачно диффузны в бесконечной процессуальности становления. Это настоящая «бесовская текстура», яростная греза, в которой интеллектуальные прозрения последних <белых> людей (допустим, Фридриха Ницше и Ролана Барта) эхом наматываются на дробь карибского барабана. Один из самых знаменитых и лучших художников США имел гаитянские корни: нынешнему Белому дому с его бескомпромиссной миграционной политикой стоило бы помнить о Баскии, любой мазок кисти которого стоит всех обывательских страхов и скучных забот представителей так называемого мидл-класса.

Выставка Баскии в Нью-Йорке. Источник (Fondation Louis Vuitton / Marc Domage)

Неудивительно, что афрофутуризм, свежий, яркий и альтернативный, привлекает внимание современных исследователей. Особенно восторженно о нем отзываются левые и анархистские авторы, которые считают, что память о колониальном прошлом, с одной стороны, и заряд на диффузию противоположностей, с другой (сущностное содержание афрофутуризма и афроамериканского искусства), помогут человечеству перестроиться на новый постколониальный лад.

Индейцы и афроамериканцы переизобретают будущее, заявляют такие авторы, подмечая, что афрофутуристский проект заключается не в консервации имеющихся форм и отношений, а в том, чтобы использовать культурные ресурсы как среды для мутаций, необходимых в выживании человеческого или постчеловеческого существа.

В этом русле афрофутуристы скорее оппоненты идей негритюда, поскольку стремятся не к поиску или реанимации традиционного, национального, расового, а к созданию поствидового, дивидуального, внесубъектного. По той же причине многие из них, хотя и критикуют расовое и гендерное неравенство, совершенно не разделяют политику идентичностей, лежащую в основе современного социалистического и леволиберального мейнстрима. Таким образом синкретические, диффузно-анимистические алгоритмы вуду декодируются вне религиозно-магического контекста и запускают работу на новом политическом уровне.

Пестрая дополненная реальность на картине Эдди Камуанга Ллунга (Eddy Kamuanga Ilunga) из Демократической Республики Конго. Источник

Великие географические открытия положили начало капиталистической системе, позволив Европе накопить достаточно капитала для ее запуска. В XVI–XVIII веках из Америки в Европу было поставлено примерно 1700 тонн золота и 73 000 тонн серебра. Около трети этих богатств ушло на финансирование европейского импорта из Азии, благодаря чему глобальные экономические связи стремительно окрепли и привели к оформлению новой системы международной торговли. Католическая Испания потратила колоссальные суммы на возведение прекрасных дворцов и величественных храмов, а также на ведение войны в Северной Европе, но значительная часть денег перетекла к нидерландскому купечеству — главному кредитору испанской короны. В XVII веке Нидерланды унаследовали роль, которую прежде в мировых процессах играли Испания и Португалия, а международные торговые центры переместились с Пиренейского полуострова на север Европы. Католическая контрреформация остановилась, процентный капитал вырвал власть из рук аристократов и передал в руки буржуа, а протестантский прагматизм поспособствовал скорейшему приумножению денег, нажитых на американском золоте и рабовладении.

Карибы были узлом, в котором завязался капитализм.

Закономерно предположить, что история, реализующая созданный этим узлом сценарий, может привести к коренному преображению того, что было связано. Не является ли афрофутуризм, а также побуждающие антропологов к деколониальному дискурсу синкретические культы и их диффузные нарративы элементом такой развязки или даже вероятной причиной появления нового мира? Это не обязательно мистическое предположение о «проклятом золоте» индейцев и не «закон кармы», а простое следование логике процесса (и, если угодно, правилам этнометафизики Конго): точки, в которых связано множество начал, исторические центры силы (zita) вспыхивают в качестве эмерджентных порогов не единожды, во время своего образования («куканга»), но как минимум дважды — еще и во время своего распада («кукутула»). Могут ли латиноамериканские страны (или, скорее, цветные мигранты в США — империи-наследнице Запада), а также запущенные на их почве дискурсы так серьезно повлиять на мир?

Амбивалентность человека и исторических процессов на повестке дня у афрофутуристов. Источник

Афрокарибское искусство, несомненно, достаточно содержательно и авангардно, чтобы быть источником смыслов и сил в нашу причудливую эпоху, на пороге биотехнической гибридизации, во время осмысления экологических вызовов и ветшания либерального мифа. Вместе с тем активистам, философам и политикам, занятым конструированием постгуманистического мира, стоит учитывать, что многие народы, в отношении и на этнометафизических концептах которых предполагается осуществить деколонизацию, сами имеют исторический опыт колонизаторов, будь то банту, захватившие и подвергшие частичному истреблению пигмеев, или потомки имперских ацтеков и майя, когда-то порабощавших индейцев-соседей.

Среди мотивов духовного наследия и искусства этих народов есть не только избирательная гендерная диффузность, но и жесткая патриархальность, не только шаманское умение преодолевать онтологические границы, но и прекрасно развитые механизмы отчуждения и объективации, не только магическая пластичность анимизма, но и маскулинная воля к власти  разве не колониальностью языка будет выбирать, подсвечивать одно и подавлять, дезавуировать другое?

Впадать в восторженные иллюзии для деколониалиста значило бы реанимировать просвещенческий миф о благородном дикаре, изнанку колониальных идей. Это, в свою очередь, не только недостойно разума, но и вовлекает неевропейские народы в новые режимы идеологической опеки или, хуже того, делает их заложниками очередных авантюр политиков и интеллектуалов, взращенных университетами «первого мира». И афрокарибское искусство в своей цветущей сложности — отличное свидетельство против такого рода упрощений и обобщений.

Визуальное исследование Вуду

Духовная система, объединяющая медицину, космологию, сельское хозяйство и искусство: практика Вуду, впервые возникшая в семнадцатом веке, уходит своими корнями в Западную Африку. Вудуисты поклоняются Бондай, своему верховному лидеру, через взаимодействие с его проявлениями Лоа (духа). К ним относятся Дамбалла (создатель), Папа Легба (привратник в мир духов) и Огун (воин). Посредством подношений и ритуалов верующие обращаются к этим духам с просьбой временно завладеть их телами в надежде оказать постоянное положительное влияние на их жизнь.

Вуду — настоящая религия Гаити. Тем не менее, более пристальный взгляд на гаитянское вуду показывает, что эта духовная практика превосходит только религию. Его можно было бы лучше признать остаточной антиколониальной силой, которая создала первую автономную черную нацию посредством Гаитянской революции 1791 года.

Это также одна из самых клеветнических и неправильно понятых практик в мире. Будучи катализатором единственного действительно успешного восстания рабов в истории, вуду с тех пор стало источником фиксации в воображении белых.Кинематографические усилия, изображающие черную магию или обнаженные черные тела, резвящиеся в бушующем аду, были предприняты для того, чтобы очернить вуду и уничтожить практикующих его африканцев. Популярное восприятие лишает Вуду его сложностей, оставляя после себя сенсационный трюк.

Такие художники, как Крис Офили, Соня Бойс и Вифредо Лам, бросают вызов колониальной риторике, поддерживающей эти образы вуду, и подражают эстетике вуду в своем искусстве. Более того, в их работе Вуду становится средством защиты африканского наследия и анализа колониальной мысли.

Вифредо Лам

Работа своеобразного художника Вифредо Лама столь же насыщенна, как и африканское, китайское и испанское наследие его создателя. Фирменные гибридные фигуры Лама представляют собой уникальный синтез европейских модернистских жанров, таких как кубизм и сюрреализм, с африканскими религиозными символами и мотивами.

Крестник жрицы Сантьерии, крещение Лама в Вуду произошло после того, как он лично стал свидетелем владения веве на Гаити. Ibaye переводится как «колдовство» на эве, языке Бенина, который считается духовным домом вуду.Картина представляет собой абстрактный плавильный котел социально-политических и религиозных отсылок.

Из колониальной эпохи мантилья, гребень и капюшон зажиточных испанских матрон имитируются скоплением форм на макушке фигуры, а каскадный головной убор ниспадает, как вуаль, на противоположной стороне. Изогнутое положение фигуры предполагает женщину, объединяющую силовую политику пола и силовую политику колонизации: предполагаемая пассивность женщины становится метафорой бессилия колонизированных.

Рога кремового цвета сидят на затененном лице, контрастируя с дымчато-серым фоном. Они перекликаются с теми же рогами, с которыми часто изображается Папа Легба, дух вуду, хранитель перекрестков веве. Треугольные формы, которые Лам использует для создания Ibaye , проистекают из ромбовидного узора, используемого в его работах с середины 1940-х годов, чтобы символизировать потусторонние силы, а перпендикулярные кубистские углы художника черпают вдохновение из угловатых произведений искусства веве, используемых для церемоний вуду.

Соня Бойс

С 1980-х годов Соня Бойс создает искусство, чтобы деимпериализировать и просветить западный ум. Британский афро-карибский художник использует вудуистскую линзу в «От Тарзана до Рэмбо », чтобы сделать именно это. Она использует себя в качестве субъекта для исследования связи между классическим голливудским повествованием и воспринимаемой чернотой, разрушая при этом мощные стереотипы о превосходстве белых мужчин и ироничной глупой черной наивности.

Последовательность изображений Бойса — это то, что она называет «ироничными автопортретами». Частично культурный символизм и частично черный стереотип, ее потрясенное выражение лица восходит к легковерным «широкоглазым неграм» из кино 1920-х и 30-х годов. Это еще больше подчеркивается полосой зловещих фигурок голливога-пиканина, показанных в крайнем левом углу. Серия из шести изображений принимает стиль кинокадров, поэтому мы наблюдаем эту пародию на черноту в кино и признаем извращенность колониалистского мышления.

Тем не менее, с закрытыми глазами и наклоненной вперед и назад головой Бойс также цитирует символические жесты вудуистского транса. «Потусторонняя экзотика» вуду часто используется в Голливуде для насмешек, и художник преувеличивает этот стереотип в интересах чернокожих. Транс — заветная и неотъемлемая часть ритуала вуду, пожинающая множество преимуществ: здесь мы наблюдаем, как Бойс испытывает его. Это кажется терапевтическим; она находится в более высоком состоянии сознания, непостижимом для тех, кто не знаком с религией, и поэтому выходит за рамки насмешек СМИ.

От Тарзана до Рэмбо состоит из смеси материалов; фотография, коллаж, ткань и краски. Эти оригинальные источники переплетаются для создания окончательного произведения искусства. Это перекликается с синкретизмом — объединением различных верований — вуду, которое смешивает архаичные обычаи йоруба, дагомеи и водын к югу от Сахары с аспектами христианства, чтобы создать неоафриканскую религию.

Крис Офили

Новый подход британского нигерийского художника Криса Офили к искусству ставит его в отдельную лигу.В его замысловатых, калейдоскопических картинах смешаны смола, блестки, коллаж — и фирменный слоновий помет — для создания многослойных произведений. Офили использует широкий спектр культурных и эстетических источников, таких как черная слава, зимбабвийские наскальные рисунки и фильмы о черной эксплуатации, чтобы задокументировать сложную историю черной истории.

Too Doo Voodoo Название буквально означает выполнение действий ритуала Вуду.Изящный аморфный дизайн центральной части этого произведения искусства отчасти напоминает символ веве Папы Легбы. Легба — ключевая фигура во время церемонии, чье присутствие требуется в начале и в конце ритуала, чтобы он начался.

Навоз панцирного слона — еще один центральный элемент набора Too Doo Voodoo . Для Офили навоз является культурным символом возрождения, говорящего о новом росте на поврежденной земле. Метафорически это звучит верно для Гаити, где после кровавой колониальной истории вуду стало его «триумфальным» духовным противоядием.

Наконец, Офили ведет хронику черных пророков в рамках черной истории. Крошечные коллажные лица городских и политических деятелей, включая Нельсона Манделу и Снуп Догга, кажутся бестелесными, как будто плывут в потоке сознания. Эти вырезанные из журналов лица доказывают современный поворот к более религиозному эстетическому фону.

Веками вуду было душой гаитянского народа, но теперь ему грозит опасность. Стигматизация и неправильное воспитание наложили табу на его голову.Однако такие артисты, как Вифредо Лам, Соня Бойс и Крис Офили, продолжают возрождать его дух; освещая как его культурную ценность, так и его тщательное переплетение с черным опытом сегодняшнего дня.

Бекс Шорунке, писатель

Проект MUSE — Образы вуду, афроамериканские традиции и культурная трансформация в книге Зоры Нил Херстон «Их глаза смотрели на Бога»

I. Введение

Зора Нил Херстон написала Их глаза смотрели на Бога находясь на Гаити, собирая фольклор о Вуду. 1 Год спустя она опубликовала « Расскажи моей лошади, », в котором задокументированы результаты этой экспедиции. Хотя история этих публикаций предполагает, что для Херстона фольклор и художественная литература сходятся на Гаити, лишь немногие критики должным образом исследовали этот момент. Большинство признают интерес Херстон к гаитянскому вуду, но их анализ влияния этой системы верований на ее творчество часто не выходит за рамки формального толкования. Заметным исключением является эссе Эллис Саутерленд «Влияние вуду на художественную литературу Зоры Нил Херстон», опубликованное в сборнике 1979 года « Прочные черные мосты».Статья Саутерленда вносит важный вклад в интерпретацию Херстоном интеграции фольклора и художественной литературы. В эссе обсуждаются появление и значение различных «вудуистских» знаков, символов и ритуалов в художественной литературе Херстона; и, что более конкретно для этой статьи, он определяет использование символики Вуду в Их глаза смотрели на Бога очень рано в истории критики романа. Но Саузерленд не цитирует свои источники относительно определенных ритуалов вуду или значения различных чисел и цветов, которые неоднократно появляются в художественной литературе Херстона.Поэтому ее анализ, кажется, основан на анекдотических свидетельствах и игнорирует культурные различия между гаитянами, луизианцами и другими видами вуду и худу. Эти аспекты эссе способствуют провалу или отказу последующих поколений литературных критиков от дальнейшего изучения культурных влияний, которые Саутерленд обнаружил в «Их глаза смотрели на Бога» . Некоторые — хотя, конечно, не все — критики классифицировали исследование Херстона и включение вуду как интригующую диковинку, возможно, считая, что это относится к сфере антропологии, а не литературы.Однако чтение романа в таких узких рамках привело к общей неспособности части читателей Херстон определить, в какой степени использование ею этнографии вуду в ее литературе позволяет ей исследовать расширение прав и возможностей женщин и афроамериканскую культурную идентичность.

В этой статье я уделяю особое внимание использованию Херстон образов гаитянского вуду в Их глаза смотрели на Бога , и я утверждаю, что фольклор позволяет ей противостоять различным видам социальной и личной трансформации.Использование образов Вуду позволяет ей анализировать отношения между миграцией, культурой и идентичностью, лежащие в основе африканской диаспоры. В отличие от тех критиков, которые рассматривают использование Херстон фольклорной культуры, такой как Вуду, как признак ностальгии, я рассматриваю это как ее средство постижения трансформации. Внутри традиционных культурных форм находится структура, которая поощряет и делает возможными динамические изменения. Таким образом, нежелание Херстона отказаться от афроамериканских традиций не свидетельствует об отказе от современности; скорее, это становится для нее средством признания современности.

Меня здесь интересует именно Вуду, потому что Их глаза смотрели на Бога намекает на сходство между главной героиней Джени Килликс Старкс Вуд и богиней Вуду Эзили. Внешний вид Джени, ее романтические отношения и ее взаимодействие с сообществом Итонвилля во многом отражают характеристики этого духа (lwa). Эти аллюзии настолько встроены в основу повествования, что практически невидимы, заставляя нас задаться вопросом, что такого было в опыте Херстон на Гаити, что заставило ее связать Вуду со своими персонажами.Возможно, ее инстинкты фольклориста и писателя привели ее к культурному опыту, в котором на первый план выходит самовыражение перемещенных лиц. Возможно, из-за того, что она выросла в изолированном чернокожем сообществе Итонвилля, штат Флорида, она обратилась к системе верований, которая учитывала способность чернокожих к самоопределению. Херстон нашел в гаитянском вуду синкретический культурный продукт, который отвечал как этим интересам, так и многим другим. Ее антропологическое исследование показало, что то, как гаитяне прорабатывали свои политические, социальные и психические условия в духовном плане, резонировало с проблемами и опытом афроамериканцев в Соединенных Штатах.Потому что Вуду…

Подробное объяснение символов вуду [Vevè Sigils]

О Тине Каро

Тина Каро — страстная одинокая ведьма, астролог, йог и страстный сторонник всего целостного. ! Ее фаворитами являются зеленая магия, лунные ритуалы и работа с тенями.

Я люблю сигилы, поэтому, когда я погрузился в волшебный мир вуду и узнал, что это вера, основанная на символах и сигилах вуду, я был так заинтригован! Вот почему сегодня я хочу поделиться с вами некоторыми из лучших символов для связи с Лоа, вудуистскими божествами.

Традиция, стоящая за символами и сигилами

В гаитянской традиции вуду каждый lwà представлен одним или несколькими эзотерическими сигилами, нанесенными на землю разными порошками. Эти сигилы называются веве.

Каждая веве графически стилизованно воспроизводит атрибуты лева и его ритуальные знаки. Использование графических узоров и ритуальных знаков происходит из африканской конголезской традиции, и мы находим это в других афроамериканских религиях, таких как Пало Майомбе на Кубе и бразильской Умбанде/Кимбанде.

Вудуизм в Западной Африке

Однако использование ритуальных рисунков можно найти и во многих других культурах: в индуизме мы находим коламы, используемые для почитания богов и приносящие процветание и благополучие.

Салем Колам

Индейцы хопи и дине (навахо) наносили на землю из цветного песка глифы для вызова божеств.

В 21 Дивизии использование вевес, иногда называемых сигилами, встречается реже, чем в гаитянском вуду, однако в последние десятилетия из-за постоянных миграционных потоков оно все больше закрепляется и в Санто-Доминго.

Что такое веве?

Веве — это духовное и астральное письмо, это не стилизованные символы, предназначенные для обозначения сложной иконографии, это скорее алфавит, который составляет мистические фразы, способные резюмировать метафизическую концепцию.

Фактически, в дополнение к символам различных lwà появляются другие элементы, которые вставляются, чтобы придать значение или динамическое действие духовному потоку.

Эти тщательно продуманные рисунки наносятся вручную на землю перед ритуалом с использованием кукурузной муки, белой муки, кофейного порошка, кирпичного порошка, трав… в зависимости от тайны и вызываемого Отдела.Порошок рассыпают, сдвигая его между указательным, средним и большим пальцами правой руки, чтобы получить ровные следы.

После того, как веве прочерчена, ее опрыскивают соответствующим возлиянием, а в центр ее помещают свечу, затем папабокор активирует ее, звоня в колокольчик или ча-ча (марака), произнося заклинания и молитвы к тайне. или к тайнам, которые призваны быть призванными.

Voodoo veves

Часто прослеживаются множественные veves, то есть несколько соединенных veves, для духовного призыва большего количества сущностей.Как уже упоминалось, эти символы должны быть нанесены соответствующим порошком.

Для мистерий, принадлежащих Дивизиону Рада, обычно используется белая пшеничная мука (или рис в случае мистерий, принадлежащих Дивизиону Солер), для мистерий Дивизиона используется белая кукурузная мука, для мистерий Дивизиона Негра кофейная смесь с золой, а для кирпичного порошка mysteros petrò, смешанного с перцем чили.

Затем папабокоры изо всех сил старались научить своих крестников реальной форме состава различных порошков для трассировки веве.

Эти рецепты обычно являются прерогативой посвященных и не подлежат разглашению. Однако в повседневной практике приведенная выше схема служит примером. Если в гаитянском вуду веве начерчены в центре хунфорта (храма), то в 21 дивизии эти рисунки обычно делаются прямо перед алтарем.

10 символов вуду – объяснение Вевес

Веве из Геде

Веве из Геде

Крест вовсе не христианский крест. Он отмечает перекресток. По вертикали две пересекающиеся буквы V.

Они представляют союз двух полов, составляющий примитивный андрогин. Три ступени или степени, на которых установлен крест, — это ступени посвящения.

  • Первая — бытовая, поэтому украшена рабочими инструментами (топоры, кирки) и фаллосами.
  • Второй воспроизводит движение, прослеживаемое в воздухе аконом (священная погремушка, используемая священником, сделанная из тыквы и сетки из цветных шаров и змеиных позвонков).
  • Третья степень, высшая, символизирует тайну, которой владеют только лучшие из всех, кто достиг священства.

Дает обладателю дар «двоения в глазах».

Это мощная печать о ее связи со смертью и загробной жизнью.

Веве из Азаки

Веве из Азаки

Зака, Око: это Лоа сельского хозяйства, но обычно считается братом Геде. По этой причине Геде часто участвует в церемониях для Заки и приходит, когда у Заки есть несколько слуг.

Зака ​​— простой и добрый фермер, но фермеры его очень уважают, потому что он трудолюбивый. Мы обращаемся к нему как к «двоюродному брату». Встречается везде, где есть сельская местность. Обычно он босиком, носит с собой мешок, носит соломенную шляпу и трубку во рту.

По натуре подозрителен, корыстолюбив, любит тонкости, боязлив и обижен на граждан.

Его вокальный стиль состоит из почти непонятных звуков, как у козла.

Он известен своими сплетнями и «преследованием девушек». Он молод и любит играть, когда не работает.

Есть интересное сходство между утонченным Геде и более грубым Азаккой, поскольку младший и менее утонченный брат подражает старшему и более безопасному.

Его любимые блюда — деревенские, вареная кукуруза, хлеб, пропитанный маслом, и кусочки тонкой кишки с поджаренными жировыми оболочками, сахар-сырец. Его любимый напиток — белый ром, а его дерево — авокадо.

Зака ​​контролирует поля и, как и сами фермеры, очень внимателен к деталям.

Его жизнь посвящена полевой жизни.

Веве из Хогу Феррайль

Веве де Хогу Феррайль

Хогу Феррайль (бог войны), который является разновидностью гаитянского Марса.

Если использовать термины западной символики, это можно интерпретировать следующим образом: Треугольник основания символизирует союз трех великих обрядов, которые способствовали формированию вуду: обряда Рада, обряда Петро и Обряд Конго Ибо.

На мистическом плане этот треугольник символизирует союз Эрзули (дух любви) с Дамбаллахом (дух, символизируемый змеей) под покровительством Легбы (дух, которого вызывают первым в церемониях, он тот, кто «открывает двери «невидимого.

Символизируется тростью, а иногда и фаллосом. Таким образом, двери будут открыты только для тех, кто обладает одновременно знанием и любовью. Треугольник разделен тремя другими треугольниками, отмеченными три «стрессовые точки».

Вертикальная линия — это poteau mitan, дерево добра и зла, которое идет от земли к небу. (столб, установленный в центре храма, который обычно встроен в рабочий диск, а затем символизирует, как в Индии, фаллос, линга, а рабочее основание представляет матку, йони).

На этой линии видны три петли, которые являются рогами барана, символом фиксированной мысли. Выше горизонтальная полоса пересекает вертикальную линию. Он символизирует равновесие, которого должен достичь посвящаемый с помощью молитвы, которая восходит к небу и нисходит (две изогнутые линии).

Вверху находится звезда вуду, символизирующая Ифе, священный город. Набор вызывает якорь, концом которого будет горизонтальная полоса. Это якорь корабля, совершающего начальное путешествие, возвращение в идеальную Африку, где зародилось человечество.

Некоторые видят в нем идеограмму человека (горизонтальная полоса — это руки, а звезда — лицо), поскольку инициация не имеет другой цели, короче говоря, дать рождение полноценному человеку, хозяину своей судьбы.

Веве из Айзана

Веве из Айзана

Айзан, дух, который руководит инициацией, сам по себе является мамбо.

Распознаются две переплетенные Vs примитивного андрогина, ветви которых заканчиваются рогами барана. В центральном ромбе изображен лист пальмы с прожилками.

Этот лист для последователей вуду, знак союза человека с природой.

Эта веве призвана ответить на следующие вопросы: как мужчины связаны с овощами? Как посвященные связаны с посвятительным стволом? Каков предел нашей свободной воли, предел, который ни в коем случае нельзя превышать, если вы хотите сохранить равновесие вселенной?

Веве из Эрзули Фредда Дагомея

Веве из Эрзули Фредда Дагомея

В центре находится квадратное сердце, каждый квадрат и каждая внутренняя точка представляют собой силу, готовую взорваться.Вверху звезда вуду, затем две восходящие луны, наконец, посох Легбы, квинтэссенция духа солнца.

Итак, любовь дается союзом мужского и женского начал, слиянием воды и огня.

Большие петли по бокам символизируют необходимость баланса, поэтому ни один принцип не должен преобладать. У основания веве рога барана перевернуты, что является признаком владения.

Веве из Агве

Веве из Агве

Оггвей, Агив, Агуэ Аройо, Агуле: Его призывают с именами «Ракушка» и «Головастик пруда».Властелин Моря. Один из многих любовников Эрзули. В его ведении находится не только вся флора и фауна моря, но и все лодки, которые плавают по морю.

Его символы — ярко раскрашенные маленькие лодки, весла или раковины, а иногда и маленькие металлические рыбки. Он предпочитает военную форму и канонаду.

Служба Агве сильно отличается от других, так как он сам находится в море. Раковина используется для вызова его во время ритуала.

Его следует встречать мокрыми губками и полотенцами, когда он выходит из воды из-за жары.Лодка готовится со всеми видами пищи, которые предпочитает Агве, включая шампанское.

Затем эту лодку отправляют туда, где, как считается, существует священный подводный мир.

  • Если лодка утонет, значит, Агве приняла жертву и будет защищать интересующие воды для тех, кто готовил жертву.
  • Если лодка всплывает и возвращается к берегу, значит, в услуге отказано и нужно будет подготовить другой способ успокоить Агве.

В жертву ему приносят двух белых овец.

Он описан как мулат со светлой кожей и зелеными глазами. Услуги проходят вблизи моря, рек или озер. Нужно следить, чтобы те, кто принадлежит ему, не прыгнули в воду.

Двойник Агве — Ла Сирин, морская русалка.

Веве Айзан, Айзан, Айзан

Веве Айзан

Жена Легбы. Она защищает рынки, общественные места, двери и барьеры и обладает глубоким знанием сложностей духовного мира. Она выбирает и инструктирует некоторых начинающих хунганов.

В пищу ей и ее мужу предлагается черная или белая коза или рыжий бык.

Его любимое дерево — пальма. Айезан символизируется насыпью земли, сбрызнутой маслом и окруженной бахромой пальм.

Айезан родом из Дагомеи и представлен олицетворением пожилой женщины. Она одна из старейших богинь, и поэтому первые предложения услуг зарезервированы для нее.

Часто она заводит слуг только после появления мужа.Его владения никогда не бывают строгими, поэтому она иногда может оставаться спокойной на своем месте.

Веве из Эрзули

Веве из Эрзули, by Exemplore

Эзили: Вудун не имеет женщины как богини плодородия, но она считается единым принципом, в равной степени поддерживаемым мужскими и женскими силами.

Итак, Дамбалла объединен со своей Айидой, Агве имеет свою копию в Ла Сирене и Марасе, близнецы являются взаимодополняющими и противоречащими друг другу силами природы.

Эрзули — это женская энергия Легбы, поэтому символы веве представлены сердцами и мечами.

Веве из Дамбаллы, Дамбалла Ведо

Думбаллах Ведо

Дамбалла, Ошумаре: известный как бог змей, он является одним из самых популярных лоа. Думбала поддерживает мир и предотвращает его распад. Думбаллах и его жена Айида олицетворяют человеческую сексуальность. Иногда его называют Да. Его происхождение Дагомея.

Дамбалла — фигура отца. Он доброжелательный, невинный, любящий отец. Он плохо общается, как будто его мудрость была слишком далека для нас.

Веве из Айиды, Аида Ведо

Веве Дамбалла

Женский аналог (вместе с Эрзули) Дамбаллы, ее мужа.Она фигура матери и радуга. Она и Дамбалла представляют единые силы человеческой сексуальности.

Его символ — змееподобный символ Дамбаллы. Он довольно покорный и деликатный.

Snake Damballah

Говорят, что любой, «кто сможет схватить диадему Айиды, получит гарантированное богатство». Его задача — поддерживать землю.

Заключительные мысли

Еще раз, что касается сигилов, символы являются мощными инструментами для соединения нас с высшей энергией, божествами и магией вуду.

Даже если вы не приверженец вуду или какой-либо другой религии, сигил может стать уникальным способом выразить ваше видение и жизнь вашей мечты и помочь вам проявить свою реальность.

Объяснение некоторых распространенных гаитянских символов вуду

Atis Fanm Matènwa, или Женщины-художницы Matènwa, — это давний женский коллектив гаитянского искусства в общине Matènwa в Ла-Гонаве. Женщины из общины Матэнва вручную изготавливают изделия из бисера, вышивки, расписные шелковые шарфы и другие предметы гаитянского искусства.Некоторые из их изысканных произведений искусства, выполненных по индивидуальному заказу, включали в себя символы гаитянской религии Вуду. Давайте посмотрим, что означают некоторые из этих символов.

Вы можете заказать их ручную работу, нажав здесь.

Многие графические рисунки имеют символическое значение в Вуду. Наиболее распространенным символом, который вы увидите, является Erzulie Freda Veve. Этот символ, согласно Exemplore, «является богиней, которую люди считают самой красивой и той, кто может помочь с любовью и романтикой. Эрзули Фреда воплощает любовь и является духом красоты, драгоценностей, танцев, роскоши и цветов.Она представляет собой воплощение женственности и сострадания. К ней часто обращаются, чтобы помочь найти любовника или возобновить любовные отношения. Эрзули Фреда считается Радой Лва, поэтому ее областью является вода, и она живет на берегах рек. Ее цвета белый и розовый. Она носит три обручальных кольца для своих трех мужей: Дамбалла, змей Лва, Агве, покровитель Лва рыбаков, и Огун Ферай, покровитель Лва железа и технологий. Ее символы — сердце, зеркало и веер».

Еще один воспроизведенный символ — это символ, называемый Веве Папы Легбы.Папа Легба согласно Exemplore — «Страж перекрестка». Папа Легба — искусный лингвист, обманщик, воин и личный вестник судьбы. У него есть сила устранять препятствия и он предоставляет возможности.

Все церемонии начинаются и конец с Папой Легба, поскольку именно он открывает врата в мир Невидимых, подобно тому, как святой Петр традиционно широко распахивает врата в рай.Не может быть никакой связи ни с одним из других лоа, не посоветовавшись с ним предварительно.Его дар к лингвистике позволяет ему переводить просьбы людей на языки духов, ориша и лоа. Практикующие вуду размещают изображения Папы Легбы за входной дверью своего дома, чтобы расчистить путь, достичь целей и принести его защиту».

Еще один гаитянский символ вуду называется Марасса Веве. известны как La Marassa или Marassa Jumeaux, «Божественные близнецы». Marassa также известны как «близнецы из трех» — настоящие тройняшки — и появляются как таковые, как двойные или тройные фигуры, чтобы представлять двойное или тройное благословение, или могли представлять бинарные (обжорство/голодание) или двойные или тройные добродетели (такие как вера, надежда и милосердие).”

Согласно Вуду, Марасса Веве является символом противоположностей, в том числе живых и мертвых или дня и ночи. Оно «оплачивается живыми и мертвыми близнецами (которые) уходит своими корнями в почитание благочестивых близнецов: Мавы и Лизы. Они символизируют активную мужскую и пассивную женскую энергию, они олицетворяют солнце и луну. Вместе они создают гермафродита (двуполого ) бог, символизирующий неразрывное божественное единство.Близнецы, особенно если это мальчик (Доссу) и девочка (Досса), считаются их земными представителями.Рождение близнецов в каждом случае связано с рядом проблем, так как они считаются исключительно сильными существами. Они предсказываются как трудные, импульсивные, чувствительные и злонамеренные (озорные, порочные) существа».

#FriendsofMatènwa #LaGonave #Vodou #ArtMatènwa

Жрица объясняет, как Вуду используется для исцеления — неправильное понимание религии.

Популярная культура навязала представление о том, что вуду связано с темными искусствами — человеческими жертвоприношениями, куклами, магическими заклинаниями. Но для тех, кто ее практикует, религиозные стереотипы кажутся пустыми.

«Это о том, как исцелить себя — свою жизнь — и как стать свободным существом», — сказала Салли Энн Глассман, верховная жрица вуду.

Глассман сказала, что она была рукоположена на Гаити более 20 лет назад. Стены ее небольшого магазина в Новом Орлеане увешаны свечами и травами, амулетами и стеклянными бутылками с ручной маркировкой.

«Некоторые травы просто вкусные. Некоторые из них лечебные, поэтому они на самом деле обладают целебными свойствами, а некоторые — магическими», — сказала она.

Вуду объединяет западноафриканские племенные религии с аспектами традиционного католицизма. Вуду, преимущественно практикуемое на Гаити, было завезено в Луизиану рабами в 1700-х годах.

«Символика Вуду так много связана с движением от рабства к свободе», — сказала она.

Глассман считает, что нынешние негативные стереотипы, окружающие вуду, проистекают из того периода времени — рабовладельцы стремились дискредитировать религию, которая давала власть порабощенным людям.

Верховная жрица работает над тем, чтобы сломать эти стереотипы, не защищая свою религию, а вместо этого проповедуя ее, проводя публичные церемонии, чтобы донести свою практику до людей.

«Вуду во многом основано на уважении и чести — друг к другу, к планете, к предкам, к духу», — сказал Глассман.

В дополнение к богатой истории Вуду в Новом Орлеане, Глассман сказал, что вуду глубоко переплетено с современной культурой, помогая формировать оживленный город, который мы видим сегодня.

«Наша архитектура, наша еда, наша кухня — здесь, в Новом Орлеане, все это полностью переплетено и пересекается с текущей культурой», — сказала она.

Copyright 2018 CNN. Все права защищены.

Как зомби воплощает самые глубокие страхи Америки

Зомби по своей физической природе внушает страх.

Он серокожий и окровавленный, без конечности или глазного яблока. Он шатается вперед в изодранной одежде, руки тянутся к гибкой плоти. Среди моря изможденных, неуклюжих тел он ковыляет по собственному кишечнику и стучит гниющими зубами.

Но, оглядываясь назад на историю зомби в американской культуре, с момента их проникновения в наше сознание до Ходячих мертвецов , это существо — больше, чем эстетический ужас — это форма политического комментария.

В течение 80 лет нежить использовалась кинематографистами и писателями как метафора гораздо более глубоких страхов: расовой сублимации, атомного уничтожения, коммунизма, массового заражения, глобализма — и, прежде всего, друг друга.

От Гаити до Голливуда: страх перед вуду и первобытной культурой

Изображение Фелиции Феликс-Ментор, гаитянского «зомби», о котором сообщалось в 1930-х годах. Хавьер Заррачина/Vox

Несмотря на то, что различные представления о воскресении мертвых восходят к тысячелетней давности во многих различных культурных вариациях, американское изображение зомби было заимствовано из гаитянского вудуизма 19-го века.

Сельская гаитянская духовная система верований, которая в значительной степени была сформулирована миллионами западноафриканских рабов, привезенных французами в страну в 17 веке, считала, что те, кто умер по неестественной причине, такой как убийство, «задерживались» в своих могилах. В это время труп может быть оживлен бокором или знахарем, который будет держать его как личного раба, не предоставляя ему свободы действий. Гаитяне называли это существо, находящееся в каком-то двусмысленном состоянии между жизнью и смертью, зомби.

После успешного восстания рабов и обретения независимости от Франции в 1804 году Гаити демонизировалось западным миром как угроза империализму. Культура вуду воспринималась как символ «дикой неполноценности» страны, и когда Соединенные Штаты оккупировали Гаити в 1915 году, католические миссионеры решили ее демонтировать.

Именно во время этой оккупации американец по имени Уильям Сибрук узнал о зомби.

Практикующие вуду на Гаити (около 1860-х гг.).

Во время исследования вуду в Порт-о-Пренсе Сибрук был доставлен в Гаитянско-американскую сахарную компанию, где его познакомили с четырьмя «зомби». В тексте конца 1920-х годов он рассказал об этом моменте:

.

«Предполагаемые зомби продолжали тупо работать. Они брели, как звери, как автоматы. Глаза были самые плохие . Воистину, они были как глаза мертвеца, не слепые, а пристально смотрящие, расфокусированные, невидящие».

Кататонические существа перед глазами Сибрука, безусловно, были рабами, нанятыми американскими производителями, которых заставляли работать по 18 часов в смену и жить в ужасных условиях.Но Сибрук, не подозревая об этом, сделал этот отчет сенсационным в своей книге 1929 года « Волшебный остров — » и тем самым подверг Америку зомбированию.

Первый фильм о зомби — White Zombie (1932) — был выпущен на заре американского жанра фильмов ужасов, всего через год после Дракула и Франкенштейн. Во многом основанный на отчетах Сибрука, он вышел в конце гаитянской оккупации.

В фильме белая пара посещает Гаити, где они планируют пожениться.Владелец плантации влюбляется в женщину и, заручившись помощью мастера вуду, превращает женщину в зомби. Далее следует подлый заговор, включающий многочисленные «зомбификации» от рук злых гаитян, но в конце концов белая пара остается невредимой, а мастера вуду сбрасывают со скалы насмерть.

Белый Зомби явно разжигал худшие страхи Америки перед вудуизмом и превратил систему духовных верований в мотив ужасов. Гаити представлено как примитивное, беспорядочное место, где свирепствуют колдовство и зомби.Высшая традиция западной религии, брак, опустошена темной магией нецивилизованного мира.

Сцена из White Zombie (1932), иллюстрированная Vox. Хавьер Заррачина/Vox

Фильм имел кассовый успех, породив множество похожих, вызывающих страх вуду фильмов о зомби в 1930-х и 40-х годах.

В Ouanga (1936) женщина-владелец плантации с Гаити влюбляется в белого мужчину и использует вуду, чтобы вызвать двух черных зомби, которые захватывают невесту этого человека для жертвоприношения вуду.В конце концов ее план терпит неудачу, и ее задушил «благородный» черный слуга. Я шел с зомби (1943), в котором белая медсестра отправляется на Карибы и испытывает серию дико примитивных галлюцинаций о зомби, исследует психологические страхи перед вуду.

До 1940-х годов зомби были в значительной степени отражением страха перед вудуизмом и чернотой. Но по мере того, как политический ландшафт Америки изменился, существа вскоре приобрели новый символизм.

Атомный зомби: страх ядерного вымирания и Красная угроза

Сцена из Plan 9 From Outer Space (1959), иллюстрированная Vox. Хавьер Заррачина/Vox

К 1940 году зомби превратился из малоизвестного фрагмента гаитянского фольклора в широко распространенное культурное явление в Америке. Зомби были ежедневным творением в песнях биг-бэндов, радиопрограммах и выступлениях в ночных клубах. На Всемирной выставке 1939 года в Нью-Йорке «Зомби» — коктейль из рома (и сахарного тростника, выращенного гаитянскими рабами) — имел огромный успех.

Это было также время великого страха: разгоралась Вторая мировая война, которая принесет с собой массовый геноцид, атомную войну и угрозу коммунистических диктатур.Последовавшая за этим холодная война усилила опасения по поводу советского коммунизма и научных достижений, таких как космическая гонка.

Зомби стали неотъемлемой частью того, как американцы боролись со своими страхами.

Поначалу в фильмах о зомби мы видим столкновение опасений вуду и шпионажа. В King of the Zombies (1941) пилот терпит крушение в Карибском море и встречает иностранного шпиона, который использует зомби, чтобы уговорить адмирала США получить военную разведку. Точно так же в Revenge of the Zombies (1943) злой доктор создает армию нацистских зомби, чтобы обеспечить победу Германии.

Существо с атомным мозгом (1959) в рекламных материалах утверждалось, что оно «основано на научных фактах». IMDB

Но после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки в августе 1945 года и первого испытания советской атомной бомбы в 1949 году в зомби начали проявляться страхи американцев перед ядерной радиацией и коммунизмом.

Комикс Трупы: От побережья до побережья , опубликованный в выпуске Voodoo за 1954 год, является ярким примером этого.

В полосе могильщики объединяются в профсоюз и объявляют забастовку, вызывая массовое скопление непогребенных трупов. Затем советский коммунист отправляет трупы через «резервуар идеологической обработки» (который превращает их в зомби) и формирует коалицию под названием United World Zombies (UWZ). Один за другим, U.W.Z. захватывает Белый дом, Соединенные Штаты, Европу и весь мир. Но все восстание в конечном итоге подавлено атомной бомбой: «Ткани зомби плохо противостоят радиации!» — кричит антагонист комикса на последних панелях.

Подобные сюжеты мы видим в голливудских фильмах о зомби. Существо W с атомным мозгом (1955), показывает бывшего нацистского ученого по имени Вильгельм, использующего радиацию для реанимации трупов. В Teenage Zombies (1960) «ученый с Востока» намеревается зомбировать всех в Соединенных Штатах с помощью экспериментального газа.

Трупы … Стоимость побережья (1954) рассказывает историю социалистического восстания зомби. Через все ужасы

Все это время Советский Союз выигрывал космическую гонку: в 1957 году он запустил спутник (первый в мире искусственный спутник), а в 1961 году отправил в космос первого человека. Зомби использовались как способ выражения страха американцев перед потерей позиций на космическом фронте — и страха перед самим космосом.

Zombies of the Stratosphere (1952) вращается вокруг злой инопланетной силы, которая крадет чертежи атомной бомбы у Советов с намерением использовать свою силу, чтобы поменяться орбитальными позициями с Землей.В Plan 9 F rom Outer Space (1959) доброжелательные инопланетяне воскрешают человеческие силы зомби и используют их, чтобы остановить разработку мегабомбы на солнечной энергии. The Earth Dies Screaming (1964) представляет собой пуленепробиваемую инопланетную силу, которая использует странный газ для уничтожения человечества, а затем оживляет трупы с помощью радиосигналов.

К середине-концу 1960-х годов в Соединенных Штатах возникли новые беспорядки, а вместе с ними и рождение современного зомби.

Зомби-апокалипсис: ответ на гражданские права и войну во Вьетнаме

Сцена из фильма «Ночь живых мертвецов » (1968), иллюстрированная Vox. Хавьер Заррачина/Vox

1960-е — изобилующие убийствами, движением за гражданские права, войной во Вьетнаме и контркультурным восстанием — были одними из самых бурных лет в американской истории.

В разгар всего этого вышел фильм, который полностью изменил привычный нам фильм о зомби: Ночь живых мертвецов .

Эпопея Джорджа Ромеро 1968 года начинается с того, что молодая женщина по имени Барбара приходит на кладбище, чтобы возложить венок на могилу своего дедушки.Зомби спотыкается, и она бежит по сельской местности, укрываясь в фермерском доме. Здесь она встречает молодого чернокожего мужчину по имени Бен и небольшую группу других выживших. Бен избегает нападения сотен зомби и становится единственным выжившим в доме, но в финальной сцене его застрелил белый полицейский с юга.

Выпущенный всего через пять месяцев после убийства Мартина Лютера Кинга-младшего, «Ночь живых мертвецов » изобилует политическим подтекстом, касающимся бурных расовых отношений в стране.

На протяжении всего фильма пронизаны расово окрашенные взаимодействия — в основном между Беном и Гарри, белым авторитарным правителем, чья власть все больше подвергается угрозе. Когда Том, молодой идеалист в группе, вставляет фразу: «Нам всем было бы намного лучше, если бы все трое работали вместе», его в основном игнорируют.

Заключительные титры фильма представляют собой серию неподвижных зернистых изображений, на которых толпа белых южан протыкает безжизненное тело Бена мясными крюками, а затем позирует для фотографий.Когда последний кадр фиксируется на бушующем огне, напоминающем ритуал Ку-клукс-клана, мы слышим эхо лая полицейских собак вдалеке.

Заключительные титры Night of the Living Dead имитируют линчевание черных американцев эпохи Джима Кроу.

«Фильм был прямым ответом на культурные события, — говорит Роджер Лакхерст, автор книги « зомби: история культуры ». «Этот фильм был показан горожанам, в основном чернокожей молодежи, в паре с Рабами (1969) — фильмом о восстании рабов 1850-х годов.Его показывали в Гринвич-Виллидж среди радикальных студенческих групп и демонстрировали в Музее современного искусства в Нью-Йорке как форму политического кинопроизводства».

Ночь живых мертвецов был также революционным в том смысле, что это был первый выдающийся фильм, в котором были показаны огромные орды зомби (в фильме они называются «упырями»), а не несколько изолированных — и использовать эти орды как символ надвигающегося апокалипсиса.

Впервые многие американцы столкнулись с широкомасштабными ужасами войны.Регулярно транслировались графические видеозаписи Тетского наступления (1968 г.) и груды трупов. «Омассовление» зомби в фильме Ромеро — намек на это.

Ближе к концу фильма в телепередаче ведущий сообщает, что для уничтожения зомби будет использован метод «найти и уничтожить». Похоже, это ссылка на метод, используемый американскими войсками против Вьетконга — метод, в котором для измерения успеха атаки использовался «подсчет убитых», а не стратегическая эффективность.

В фильме Джорджа Ромеро «Рассвет мертвецов » (1978) зомби захватывают торговый центр. Иллюстрировано Vox. Хавьер Заррачина/Vox

Несмотря на социальный прогресс 1960-х годов, в 70-х и 80-х годах распределение национального богатства становилось все более неравным.

В то время как фильмы о зомби скатились в эпоху эксплуатации и малобюджетных стонов, продолжение Ромеро, Рассвет мертвецов (1978), перекристаллизовало жанр как мощную форму социального комментария — на этот раз, сместив его цель на более поздние. стадия американского капитализма.

Здесь зомби-апокалипсис обрушивается на Соединенные Штаты, делая городские центры, в основном населенные меньшинствами низшего класса, особенно уязвимыми. Бригады спецназа врываются в двери жилых домов, убивая десятки живых людей, представляющих потенциальный риск заражения. Выжившие находят убежище в гигантском торговом центре, где «наслаждаются гедонистическим образом жизни», но вскоре туда врывается банда байкеров и грабят это место, впуская при этом тысячи зомби.

В последние моменты фильма зомби заполонили торговый центр — эскалаторы включены, играет музыка, журчат фонтаны — и мы не видим большой разницы между типичной толпой праздничного шоппинга и зомби-апокалипсисом.

Зомби в Рассвет мертвецов подчеркивают страхи перед капитализмом и бездумным потреблением, которые терзали конец 1970-х. Здесь зомби — потребители, бесцельно бродящие по магазинам: «Это было важное место в их жизни», — комментирует присутствие зомби в торговом центре один из выживших. Но выжившие так же виновны, как видно из этого диалога между главными героями фильма:

РОДЖЕР: Ну, мы в [торговом центре], но как, черт возьми, мы собираемся вернуться?

ПИТЕР: Кого, черт возьми, это волнует? Пойдем по магазинам!

РОДЖЕР: Часы! Часы!

ПИТЕР: Давай просто возьмем то, что нам нужно.Я куплю телевизор и радио».

РОДЖЕР: О, о, жидкость для зажигалок! И шоколад! Шоколад!

ПИТЕР: [бежит по проходу с одеждой] Эй, как насчет норковой шубы?!

«По сути, капиталистическая идеология промыла мозги, [выжившие] не могут видеть разрушенный мир вокруг себя в каких-либо других терминах, кроме владения и потребления», — пишет профессор киноведения Кайл Уильям Бишоп. «И это неуместное стремление в конечном итоге оказывается достаточно сильным, чтобы поставить под угрозу всю их жизнь.

Пандемия зомби: страх массового заражения

В 28 Days Later (2002) вирус, порождающий зомби, угрожает будущему человечества. Иллюстрировано Vox. Хавьер Заррачина / Vox

Начиная с 1980-х годов страх перед глобальным заражением поглощал умы американцев.

За несколько десятилетий мир стал свидетелем ряда крупных, ранее не идентифицированных вирусов: Эбола была обнаружена в Судане в 1976 году, СПИД проявил себя в 1980-х, птичий грипп вспыхнул в Китае в середине 90-х, атипичная пневмония Глобальные ударные волны 2003 года.Опасения «опустошительных эпидемий» побудили Всемирную организацию здравоохранения создать детальную инфраструктуру подготовки.

Эти опасения заразиться — как и все страхи до этого — быстро интегрировались в ощущение существования зомби: статья о СПИДе в начале 1986 года в журнале Американской медицинской ассоциации называлась «Ночь живых мертвецов II».

Заражение вскоре присоединилось к вуду и радиации в качестве объяснения того, как оживляются зомби.

Обложка Resident Evil (1996).

В широко популярной видеоигре Resident Evil (1996) крупная фармацевтическая компания Umbrella Corporation тайно экспериментирует с биоорганическим оружием и разрабатывает «Т-вирус» — мутагенный вирус, возвращающий трупы к жизни. В сюжете видеоигры 2008 года Left 4 Dead в зомби виноват вирус «зеленого гриппа».

Фильм « 28 дней спустя, » (2002) следует той же арке: обезьяны, зараженные очень заразным, вызывающим ярость вирусом, сбегают из медицинской исследовательской лаборатории, и инфекция распространяется по всему миру, что приводит к антиутопическому коллапсу.

В последние годы зомби — и их новое медицинское происхождение — были присвоены хардкорными выживальщиками.

В 2011 году Стивен Шлозман, нейробиолог из Гарварда, выпустил книгу «Вскрытия зомби: секретные записные книжки из Апокалипсиса », в которой он представил «реалистичный» сценарий зомби, фарсово основанный на научных «доказательствах». Он даже придумал название для заражения зомби: атаксический нейродегенеративный синдром дефицита сытости (АНСД).

В том же году Центры по контролю и профилактике заболеваний выпустили «Готовность 101: Зомби-апокалипсис» — руководство о том, как подготовиться к широкомасштабной эпидемической вспышке.Кампания была настолько популярной, что ее расширили до блога, рекламных плакатов и новеллы. «Сейчас вы можете смеяться, — пишет директор по обеспечению готовности CDC Али С. Хан, — но если случится [зомби-апокалипсис], вы будете счастливы, что прочтете это».

Рекламный плакат из кампании CDC по информированию о зомби. ЦКЗ

В обоих случаях небольшая часть публики — без сомнения, те, кто действительно опасается апокалиптической гибели — очень серьезно восприняла идеи Шлозмана и CDC.

После того, как Шлозман выдал Орсона Уэллса и в шутку выдал его теории за истину в программе национального радио, его завалили перепуганными письмами от слушателей. «Шоу вызвало волну искреннего беспокойства, — вспоминал он. «В моем почтовом ящике появились письма, и я получил вопросы вроде: какое лекарство лучше всего предотвращает заражение зомби? Как уберечь свой дом от нашествия зомби?»

Точно так же директор по связям с общественностью Центра по контролю и профилактике заболеваний сообщил, что большинство подлинных ответов, которые он получил, были запросами о рекомендациях по оружию для защиты от зомби.

Идея о том, что массовое заражение может спровоцировать зомби-апокалипсис, вскоре была заимствована новой фантазией о выживании, основанной на большом количестве оружия, жестком индивидуализме и страхе перед глобализацией.

Постапокалиптические зомби: страх друг перед другом

Ходячие мертвецы (с 2010 г. по настоящее время) олицетворяют новый жанр зомби, основанный на жестком индивидуализме и искусстве выживания. Хавьер Заррачина/Vox

В 2013 году на Среднем Западе появилась интересная гражданская армия: Канзасское ополчение против зомби.

«Может ли обычный человек превратиться в этого монстра, которого многие боятся?» — спросил Альфредо Карбахал, представитель ополчения. «Возможности да, это может произойти. Мы видели инциденты, которые очень близки к этому, и мы думаем, что это более вероятно, чем думают люди».

Члены ополчения, выросшие на таких фильмах, как , 28 дней спустя, , и видеоиграх, таких как Left 4 Dead, , глубоко боятся «глобальной пандемии» зомби — и их стратегия подготовки основывается в основном на оружии (хотя Карбахал рекомендует тупой предмет). , как бита или дубинка, чтобы убить зомби).Ряд других ополченцев, в том числе фракция Мичиганского ополчения, последовали их примеру, используя зомби-апокалипсис на тему пандемии в качестве оправдания прав на оружие.

Диалог этих ополченцев свидетельствует о последней тенденции зомби. Сегодняшние сюжетные линии критикуют принципы правого выживания: прочная независимость, невмешательство в правительство и оружие.

Дэрил из Ходячих мертвецов стал культовым героем за пределами шоу. Ходячие мертвецы (AMC)

В «Ходячие мертвецы » (с 2010 г. по настоящее время) — телешоу, основанном на одноименном комиксе, — представлен постапокалиптический адский пейзаж, где «ходячие» (зомби) — наименьшая из проблем выживших.

На протяжении семи сезонов сериала (считая их количество) главные герои постоянно подвергаются опасности со стороны других выживших: групп вооруженных бандитов, психотических лидеров культа, банд байкеров и головорезов.

Постапокалиптический мир усеян племенами, заинтересованными только в собственном самосохранении; вся остальная жизнь считается одноразовой.После особенно ужасного столкновения между двумя общинами выживших в шестом сезоне бородатый мужчина по имени Иисус просматривает груды недавно убитых тел и бормочет: «Так вот как выглядит Новый Мир». Действительно, это так.

Автор Роджер Лакхерст объясняет эту неспособность к сотрудничеству «глубоко консервативной ценностью» выживших «защищать своих».

Никто не иллюстрирует это лучше, чем Дэрил Диксон из The Walking Dead , самопровозглашенный жлоб, который «делает расизм привлекательным.Дэрил одновременно яростно предан таким, как он, и непоколебимо независим. Он придерживается нестандартного мышления, ни на кого не полагается, и его никогда не поймают без арбалета, пистолета и как минимум трех ножей. Он воплощение южного менталитета «Не наступай на меня».

Рекламный плакат к фильму о зомби Range 15 (2016). Дэвид Снайдер, через Indiegogo

В недавнем фильме « Range 15 » эта система ценностей доведена до крайности: пять военных товарищей, каждый из которых вооружен абсурдным количеством боеприпасов и патриотической атрибутикой, в течение 92 минут «берут имена и надирают задницы», освобождая Америку от ее иностранная, незнакомая зомби-угроза.

Зомби по своей природе борются со страхом потерять свободу действий. Но эти истории в такой же степени о фантазии о возвращении его. Гигиенический коллапс несет с собой поистине ужасающие последствия, но также, в глазах определенной фракции, очищает общество от его гнили и дает шанс начать с нуля на новых условиях.

Но этой фантазии угрожает один из ключевых элементов повествования о зомби-пандемии: глобализация. В глазах выживших взаимосвязь — это жнец всех личных свобод, и они делают все возможное, чтобы избежать ее.

Стены занимают видное место в Ходячие мертвецы как способ защиты от зомби и других людей. В фильме World War Z (2013) Иерусалим осажден полчищами зомби, которые ползут по стенам, как медленно распространяющаяся бактериальная инфекция. В отличие от существ из предыдущих фильмов, эти мигрирующие зомби передвигаются с высокой скоростью, с чувством неотложности, играя на нашем страхе перед быстрыми темпами миграции.

Масса зомби пытается перелезть через стену в World War Z (2013). IMDB

В ранних фильмах о зомби небольшие группы выживших объединялись, чтобы увеличить свои шансы на выживание. В постапокалиптическом жанре глобальное единство невозможно; в игре просто слишком много разных систем верований.

Вместо этого наш мир раздроблен на племена, и все они настаивают на выживании, но на своих условиях. Больше, чем зомби, истинными носителями смерти и разрушения являются оставшиеся человеческие фракции, сражающиеся за ограниченные ресурсы.

Итак, глобализация зомби обнажает наш самый истинный, самый глубокий страх: друг перед другом.

Заключительная записка

Хотя в последние десятилетия популярность фильмов о зомби резко возросла, они уже 80 лет являются частью американской культуры.

За 80 лет американцам удалось взять кататонического зомби гаитянской традиции вуду и превратить его в окровавленное злобное существо, намеревающееся пожирать все на своем пути.

Страх, который когда-то вынуждал нас присвоить зомби, также управлял новой символикой, которую мы дали ему на протяжении многих лет. Это делает зомби не только захватывающим исследованием исторических страхов нашей страны, но и окном в то, как иностранные идеи обретают новый смысл, когда со временем лишены своего первоначального контекста.

Но одно не изменилось: зомби пугают нас, очищая наши самые темные деяния — и при этом заставляют задуматься о том, что значит быть человеком.

Ритуальные символы духов вуду: вуду-вевес

Ритуальные символы вуду

Веве — религиозный символ вуду «лоа» (или лва), который служит их изображением во время ритуалов.На Гаити веве происходит от верований коренных жителей тайно. Наиболее похожи на вэве рисунки земи или богов религии таино.

У каждого лоа есть своя уникальная веве, хотя в некоторых случаях региональные различия привели к разным веве для одного и того же лоа. На них обычно возлагают жертвы и подношения.

Веве обычно рисуют на полу, рассыпая порошкообразное вещество, такое как кукурузная мука, пшеничная мука, кора, порошок из красного кирпича или порох.Материал полностью зависит от обряда.

Мне нравится использовать эти ритуальные символы в своих работах. Я включаю их везде, потому что они говорят со мной, каждый по-своему, каждый по разной причине. Веве во введении представляет вудуистского лоа Папа Легба, который является привратником в мир духов, устранителем препятствий и поставщиком энергии. возможности.

Вевы на этом объективе — это моя интерпретация этих древних и могущественных символов, и поэтому они защищены законом об авторском праве.Пожалуйста, не используйте мои работы без разрешения.

Легба Веве на кладбище Лилит Дорси

Агасу

Агасу

Агасу, покровительница дома, семьи и рода

Агасу — малоизвестное божество вуду, которое, как говорят, является сыном божественного существа ( дух Кпо, леопард) и человек (принцесса Алигабоно, дочь короля Тадо). Агасу был основателем Дагомейской империи и после смерти получил статус божественного царственного предка.Легенда гласит, что Агасу с помощью краба перевез Вуду через воды к детям Гвинеи на Гаити. Таким образом, краб и леопард являются его тотемами.

Агасу — лоа-покровитель дома, семьи и рода. Он муж Силибо Ваву, лоа и основателя другой линии. Цвета Агасу — белый, золотой, желтый, коричневый и коричневый. Его день недели — четверг, а его праздник отмечается 25 августа. Его часто изображают с изображением святого Людовика IX, короля Франции.

Ссылка

Кахулайн, К. (2003). Охотники на демонов. WitchVox.com. Получено:

http://www.witchvox.com/va/dt_va.html?a=cabc&c=whs…

Айзан

Айзан Вуду Веве авторское право 2009 г. Дениз Альварадо. Все права защищены во всем мире.

Айзан

Айзан — лоа французского рынка, торговли и лечения травами. Она олицетворяет любовь и связана с обрядами инициации вуду. Айзан считается первой или архетипической мамбо (жрицей), связанной со жреческими знаниями и тайнами, особенно посвящения.Она покровительница религиозных церемоний. Она синкретизирована со Святой Кларой и, как говорят, замужем за Папой Локо. Ее символ — пальмовая ветвь, и она не пьет алкоголь. В Вербное воскресенье люди собирают листья и используют их как подношение ей. Ее цвета — золотой, желтый, белый и серебряный. В Новом Орлеане ее часто изображают в розовом цвете, и в качестве подношений ей дают сироп сахарного тростника, ямс и бананы, а также пальмовые листья.

Manman Brigit Veve Дизайн Дениз Альварадо

Manman Brigit Veve Дизайн Дениз Альварадо, авторское право 2007 г. Все права защищены во всем мире

Manman Brigit Veve

Традиционный Manman Brigit Veve, общественное достояние.

Манман Бриджит

В Вуду Ма’ман Бриджит (Гранн Бриджит, Манман, Манман Бриджит, Манман Бриджит) — мать кладбищ, лоа денег и смерти и жена барона Самеди. Она может быть связана с «тройственной» кельтской богиней поэзии, кузнечного ремесла и врачевания Бригиттой/Св. Бриджит, так как ее имя ирландского происхождения. Обычно ее изображают белой женщиной. Ей посвящена первая женская могила на кладбище Гаити. Ее цвета — черный, фиолетовый и белый, ее число — девять, и ее особые дни службы включают понедельник и субботу.Ее жертвенное животное — черная курица. Она пьет ром с примесью острого перца — «gaz lakrimojen Ayisyen» (гаитянский слезоточивый газ), и, как ее муж и остальные духи Guede, она «болтливая» и использует ненормативную лексику. Ма’ман Бриджит защитит надгробия, если они должным образом отмечены крестом. Ма’ман Бриджит, как известно, натирает свои половые органы острым перцем, и те, кто, кажется, симулирует владение ею во время церемонии Вуду, могут быть подвергнуты этому испытанию, которое они, очевидно, не пройдут, если их владение не является подлинным.Она очень сексуальная танцовщица, и ее наследие — танец банда.

Очень могущественный Лва, Манман Бригит управляет Геде и переходами жизни и смерти, крупными жизненными изменениями, кладбищами, деньгами и детьми. Ма’ман Бригит призвана исцелить тех, кто находится на грани смерти в результате магии. Известно, что она очень мудра и быстро откликается на просьбы о помощи!

Алтарная кукла Manman Brigit от Denise Alvarado

Manman Brigit Алтарная кукла от Denise Alvarado

Ogun Badagris Veve

Ogun Badagris Voudou Veve Copyright 2008 Denise Alvarado, Все права защищены во всем мире.

Огун, покровитель технологий и безработных

Огун (Огун) — традиционный воин, похожий на дух Ареса в греческой мифологии. Таким образом, Огун могуч, могуч и триумфален; тем не менее, он демонстрирует ярость и разрушительную силу воина, чья сила и жестокость могут обернуться против сообщества, которому он служит. Огун дает силу через пророчество и магию. Говорят, что именно Огун посеял эту идею, возглавил и дал власть рабам во время Гаитянской революции 1804 года.Сейчас он призван помочь людям получить правительство, более чуткое к их нуждам.

В мифологии йоруба Огун — сын Йемайи (Йемайи) и Орунгана. В Сантерии и Пало-Майомбе он отождествляется со Святым Петром. В гаитянском вуду он связан со святым Иаковом Большим и святым Георгием. В новоорлеанском вуду он связан со святым Антонием и святым Георгием. Во всех своих воплощениях Огун — огненный и воинственный дух. Он также связан с кровью, и по этой причине его часто призывают исцелять болезни крови.Кроме того, его часто призывают дать работу безработным.

Огун — очень могущественный лоа. Именно он руководит огнем, железом, охотой, политикой и войной. Он также считается отцом технологий, какими мы их знаем сегодня. Огун — кормилец семьи. Он охотится, чтобы его семья не голодала. Он покровитель кузнецов и безработных и обычно изображается с мачете или саблей, ромом и табаком. Он один из мужей Эрзули, но также связан с Ошун пылким и страстным сердечным романом.

Эта фотография Огуна справа появилась в 2008 году на табу National Geographic в эпизоде ​​под названием «Экстремальные ритуалы».

Веве Папы Легбы

Веве Папы Легбы Авторские права 2009 г., Дениз Альварадо. Все права защищены.

Алтарная кукла Папа Легба от Дениз Альварадо

Традиционный Папа Легба Веве, общественное достояние

Папа Легба, Хранитель Перекрестков

Папа Легба — искусный лингвист, обманщик, воин и личный вестник судьбы.У него есть сила устранять препятствия, и он предоставляет возможности.

Все церемонии начинаются и заканчиваются Папой Легбой, так как именно он открывает врата в мир Невидимок, как святой Петр традиционно распахивает врата в рай. Не может быть никакой связи с любым из других лоа без предварительной консультации с ним. Его дар к лингвистике позволяет ему переводить просьбы людей на языки духов, ориша и лоа.

Легба происходит от племени Фон из Дагомеи (Бенин) Африки и считается хранителем и обманщиком перекрестков и входов.Ему широко поклоняются, и подобные духи можно найти по всему миру.

Согласно одной из легенд, Папа Легба — младший сын Маву и Лизы, создателей мира. Маву и Лиза изображаются близнецами, но едины в Духе. Маву — женский аспект, связанный с Востоком, ночной луной, плодородием, материнством и ночью. Лиза является мужским аспектом и ассоциируется с Западом, дневным солнцем, теплом, работой и силой. В другой легенде он сын Ошуна.

Практикующие вуду размещают изображения Папы Легбы за входной дверью своего дома, чтобы расчистить путь, достичь целей и получить его защиту.

Если вам интересно, узнайте больше о Папа Легба.

Барон Самеди

Барон Самеди

Барон Самеди

Очень могущественный лоа, барон Самеди является главой семьи наследственных лоа, Геде, и считается одним из лоа-покровителей Нового Орлеана. Барон Самеди — один из Гуда, лоа мертвых, наряду с другими воплощениями барона, бароном Симетиром и бароном Ла Круа. Он глава семьи предков лоа. Как хозяин кладбища и хранитель знаний предков, барон Самеди обычно изображается готовым к погребению в гаитянском стиле в цилиндре, черном смокинге, темных очках и ватных пробках в ноздрях.У него белое лицо, в основном похожее на череп, и он говорит гнусавым тоном. Первое захоронение мужчины на любом кладбище Гаити посвящено барону Самеди. Его жена — лоа Маман Бриджит.

Барон Самеди стоит на перекрестке, где проходят души умерших людей на пути в Гвинею. Будучи всезнающим лоа смерти, он является сексуальным лоа, часто представленным фаллическими символами. Он известен деструктивностью, непристойностью, развратом и особой любовью к табаку, особенно к сигаретам Pall Mall, деньгам и белому рому.Церемониальная еда барона включала жареный арахис, черный кофе и хлеб. Один из его любимых напитков — ром, в котором вымачивался 21 острый перец. Барон Самеди также является лоа секса и воскрешения.

Erzulie Dantor Veve

Erzulie Dantor Veve, Copyright 2007 Denise Alvarado, Все права защищены во всем мире

В пантеоне есть важная группа женских лоа (богинь), чье имя Эрзули.Хотя все они разделяют свою роль Богини любви, искусства и секса, у каждой есть дополнительные области жизни, которые они должны защищать и помогать. Эрзули имеет три аспекта: она может быть Эрзули Фредой, богиней-девственницей, уподобляемой Деве Марии; Эрзули Дантор, лоа ревности и страсти; или Ла Сирена, олицетворение моря и богини материнства. Как у Фреды, ее цвет розовый, а ее животное — белый голубь. Цвета Дантора — синий и золотой. Она связана с Лукуми Ориша Ошун, а иногда и с Чанго (как Эрзули Дантор).

Эрзули Дантор — богиня вуду любви, романтики, искусства, ревности, страсти и секса. Эрзули Дантор — лоа-покровительница женщин-лесбиянок, яростная защитница женщин, подвергающихся домашнему насилию, и лоа-покровительница Нового Орлеана. Красота, любовь и чувственность — ее творения. Огненные эмоции — вот что связывает ее с бесконечным резервуаром вселенского творчества. Erzulie Dantor предлагает вам защиту и возможности за пределами воображения.

Эрзули Дантор — мулатка, которую часто изображают как Черную Мадонну или римско-католическую «Святую Варвару Африканскую».У нее есть племенные шрамы на щеке, и она считается гетеросексуалкой, потому что у нее есть дети, но она также является покровительницей лесбиянок. Таким образом, она яростно любит женщин и будет защищать их до смерти. Она любит ножи и считается защитницей новопосвященных жрецов и жриц Вуду, а также женщин и детей, ставших жертвами домашнего насилия, и женщин, которых предал любовник. Ее очень уважают и боятся из-за ее женской силы. Большинство гаитянских женщин служат Дантор, и она также является лоа-покровительницей Нового Орлеана, поэтому многие там ей служат.Она также поддерживает независимых деловых женщин и покровительствует женским финансам. Многие женщины призывают Эрзули Дантор против своих партнеров (мужчин или женщин), если они проявляют насилие. И просвещенные мужчины тоже служат Дантору, особенно мужчины, чтящие, любящие и уважающие женщин.

Личная история Эрзули — трагедия. Она была воительницей, сражавшейся со своим народом во время гаитянской революции. Однако ее собственные люди отрезали ей язык, чтобы она не раскрыла их секреты, если ее поймают.Таким образом, она немая и может говорить только односложно, заикаясь, «ке-ке-ке-ке-ке!» Это звук ее языка, щелкающего по нёбу. Ее часто изображают с дочерью Анаис, которая служит ей переводчиком.

Эрзули Фреда Веве Дизайн Дениз Альварадо

Эрзули Фреда Веве Дизайн Дениз Альварадо, авторское право Дениз Альварадо, 2012 г. Все права защищены во всех странах мира.

Эрзули Фреда Веве

Традиционная Эрзули Фреда Веве, общественное достояние.

Эрзули Фреда Вуду Лоа Любви

Эрзули Фреда, вероятно, самая популярная из всех Лва, как в Новоорлеанском Вуду, так и в Гаитянском Вуду. Она «богиня», которую люди считают самой красивой и той, кто может помочь с любовью и романтикой. Ее цвета — красивые розовые и белые, ее католическая синкретическая святая — прекрасный образ — Богоматерь Скорбящая (Mater Dolorosa) — и давайте посмотрим правде в глаза, людям нравятся привлекательные люди, места и вещи. И им нравится, чтобы божества, которым они поклоняются, были привлекательными.

Эрзули Фреда олицетворяет любовь и дух красоты, драгоценностей, танцев, роскоши и цветов. Она представляет собой воплощение женственности и сострадания. К ней часто обращаются, чтобы помочь найти любовника или возобновить любовные отношения. Эрзули Фреда считается Радой Лва, поэтому ее областью является вода, и она живет на берегах рек. Ее цвета белый и розовый. Она носит три обручальных кольца для своих трех мужей: Дамбалла, змей Лва, Агве, покровитель Лва рыбаков, и Огун Ферай, покровитель Лва железа и технологий.Ее символы — сердце, зеркало и веер.

Кукла Эрзули Фреда от Дениз Альварадо

Кукла вуду Эрзули Фреда от Дениз Альварадо

Эта статья является точной и достоверной, насколько известно автору. Контент предназначен только для информационных или развлекательных целей и не заменяет личную консультацию или профессиональную консультацию по деловым, финансовым, юридическим или техническим вопросам.

Вопросы и ответы

Вопрос: Кто такой Дамбалла?

Ответ: Дамбалла Ведо — один из самых почитаемых духов, древний лоа, называемый коренным лоа.Он — священное змеиное божество мира и чистоты из платины и серебра, дарующее богатство и поддерживающее мир.

Отзывы читателей

stokley 04 мая 2019 г.:

как стать посвященным вуду

Фелиция Данто 01 ноября 2018 г.:

9003 Спасибо за этот сайт. Две серьезные ошибки, ПОЖАЛУЙСТА, ИСПРАВЬТЕ ИХ:

Огун НЕ сын Йемоджи, он был ее мужем, пока она не сбежала в Олокун в глубоком океане.

Эзили Данто НЕ мулатка, она ТЕМНАЯ КОЖА крупная женщина.

Все остальное было довольно точно

глупость не помогла мне я увидел символы сверху и они показали богов 30 апреля 2018 г.:

Пожалуйста, перестаньте называть Эрзули Дантор покровительницей лесбиянок. Она защищает мужчин и женщин, ей просто нужно, чтобы вы ей нравились, неважно, мужчина вы или женщина, гей вы или нет, для нее люди — это просто люди, независимо от их сексуальной ориентации, социального статуса или их пола, у нее много детей, и она их всех любит.Мне не нравится, когда белые люди думают, что они так много знают о моей культуре, и начинают распространять о ней чепуху.

Malu от 05 апреля 2017 г.:

Я так многому научился. Спасибо, что просветили меня.

Джумо 29 декабря 2016 г.:

Как Агаусу белый человек, а?

Dezell-Diselle 15 декабря 2016 г.:

Даете ли вы личные советы и многое другое, кроме как здесь? Я отправил запрос другу на Facebook, можем ли мы иногда общаться, пожалуйста.03 мая 2016 г.

Привет, я новичок во всем этом, но не знаком с духовным миром. Я верю, что у меня есть прямая связь с папой Легбой, и я хотел бы знать, как я могу призвать его, так сказать,

девонта нельсон 31 июля. , 2015:

Я хотел бы узнать больше

Китти Филдс из Саммерленда 26 марта 2015 г.:

Проголосовали, здорово и полезно, а также поделились.

david-forte-948 10 июня 2013 г.

Want to say something? Post a comment

Ваш адрес email не будет опубликован.